Призраки Марта

– Я могу отказаться?

Лионар прищурился, вновь мимикой напомнив брата.

– Мне бы очень этого не хотелось.

Иначе говоря: нет. Отказ расценят как действие против интересов короны.

Март перевел взгляд на Брэнигана. Тот сделал большие глаза. Но Мартин уже все понял и без подсказок: его не отпустят.

Он разлепил губы.

– Как вам угодно, ваше величество. Но у меня одно условие.

Брэниган попытался подать ему знак, что не стоит зарываться, но Март сделал вид, что не понимает этой пантомимы.

– Какое? – Король же спросил даже весело – не привык, чтобы ему перечили.

Март почувствовал себя цирковой зверюгой, веселящей достопочтенную публику своими скачками по манежу. Вздохнул, унимая раздражение.

– Проклятия, нежить, нечисть, – перечислил твердо. – Любые вопросы, связанные с моей профессией непосредственно. Я не стану участвовать в арестах других черных магов и не стану патрулировать улицы.

Король задержал на нем пристальный взгляд, затем перевел глаза на нового главу гильдии.

– Учтите, господин Приуз. Мое согласие у вас есть.

– Будет исполнено, ваше величество.

– В таком случае я считаю нашу беседу оконченной, – подвел итог Лионар. – Вы можете идти. Господин Приуз с вами свяжется для оформления бумаг."

"Не иначе как завтрашним утром, Март даже не сомневался. Гильдия теперь своего не упустит. Стоило выжить из столицы всех мало-мальски опытных черных магов, чтобы теперь гоняться за теми, кто владеет базовыми знаниями.

– Конечно же, ваше величество, – подтвердил Приуз.

Брэниган поднялся с облегчением на лице.

– Пойдем, я тебя отвезу.

– До встречи, Мартин. – Король адресовал ему личное прощальное слово. – Буду рад вновь видеть вас. И не забудьте о моей благодарности. Я не люблю быть должным.

Значит, с радостью всучит титул или деньги – то есть то, что для него ничего не стоит.

Что ж, если королевская благодарность не пустой звук, Мартин предпочел бы приберечь ее до лучших времен.

Брэниган уже шагнул к двери, но Март не шелохнулся.

– Я могу увидеть его?

Король, глубоко уверенный в том, что прощанье состоялось, удивленно моргнул.

– Кого именно?

– Господина Деллоусиса.

Лионар с Рикхардом переглянулись.