Френдзона. Она под запретом

– Не вижу смысла преувеличивать ее, мы скоро приедем, всё узнаем и будем решать проблемы по мере их поступления.

– Обними меня, Лёв, я жутко волнуюсь, – потянулась я к нему, и так, в обнимку, мы доехали до самого дома.

Как ни странно, Лёва оказался прав. Нервничать не было никакой причины. Родители действительно приехали просто так, решив сделать нам сюрприз, так как соскучились. После того как мы все обнялись и ответили на сотню вопросов родителей, зачем и куда мы улетели, мы наконец уселись в гостиной.

– А мы привезли вам всем подарки! – торжественно объявила я, доставая по одному сувениры и вручая их. Когда дело дошло до маминого кораблика, я не выдержала и убежала на кухню под каким-то банальным предлогом. Лёва оказался рядом и сразу же впустил меня в свои объятия.

– Ну ты чего? – хлопал он меня по спине и утешал.

– Я не знаю, как начать этот разгово-о-ор, – ныла я, – не знаю, как сказать, что я… что я…

– Мы вместе скажем, – наклонился он ко мне, прижимаясь к губам нежным поцелуем.

– Я так и знал! – раздалось рядом басом дяди Багира. – Я знал, что они вместе! Я говорил, а вы не верили! – радостно смеясь, звал он всех остальных в кухню. – Надо было поспорить с вами со всеми. Разбогател бы!

Не видя смысла скрываться, мы открыто обнимались, и Лёва поцеловал меня в щеку.

– А это что? – воскликнула мама Лёвы, как только прекратились крики умиления и радости. – Это что, татуировка?! – воскликнула она, показывая на рисунок льва, отчетливо виднеющийся под тонкой, почти прозрачной майкой, которую носил Лёва, совсем забыв о конспирации.

– Вообще-то, – протянула я, помогая Лёве снять майку и покрасоваться перед родителями, стоящими с шокированными лицами, – это я ему сделала.

Пораженные родители просто стояли в ступоре, не зная, как реагировать.

– Вполне симпатично, – заметил мой отец, нарушив общее молчание, – почти профессионально. Тая всегда хорошо рисовала.

– Спасибо, пап, – пискнула я, пока наши с Лёвой мамы трогали тату и переводили взгляды с Лёвы на меня.

– Чем нас еще удивите, дети? – неуверенно спросила моя мама. – Может, обрадуете и скажете, что мы станем бабушками и дедушками?!

– Мам… – начала я, не зная, как облечь в слова то, что у меня на сердце. – Мы не просто так уехали…

Все напряглись, уловив мое напряжение. Лёва обнял меня за плечи, поддерживая и давая силы на признание.