Твои

Эта мысль заставляет меня инстинктивно поморщится. Эхо брачной жизни. Слишком много было этих разговоров «по душам», а потому психика от подобной идеи старательно защищается. Приходится себе напоминать, что Рада — не Эля, и в принципе отличается от среднестатистических женщин. Она честная, прямолинейная и крепко стоит на ногах, и едва ли скатится в обвинения «ты не пытаешься слышать мою душу».

С этими мыслями я иду в душ, а после примерно на полтора часа погрязаю в телефонных звонках. В офисе все на ушах стоят из-за моего спонтанного отпуска.

На кухне я вижу Раду. Стоит у плиты полностью одетая, помешивает в кастрюле что-то кипящее. Судя по запаху — молочная каша.

Осторожно коснувшись ее талии, я заглядываю ей за плечо.

— Доброе утро.

Да, точно каша. Овсяная, которую я не ем.

— Доброе, — безо всяких эмоции отзывается она. — Сделать тебе кофе?

— Буду признателен, — соглашаюсь я, думая, что с таким ее настроем однозначно можно работать. Если женщина тобой не довольна, но готова заботиться, значит не все так плохо.

Выверенными движениями Рада тычет в кнопки на кофемашине, будто заранее это отрепетировала, и через минуту опускает передо мной чашку эспрессо. Да, с этим однозначно можно иметь дело. Во-первых, она помнит, какой кофе я пью, во-вторых, не попыталась ненароком вылить мне его на ширинку.

— Как спала?

— Нормально, спасибо. — Все так же без эмоций.

— А я тебя ждал."

"Говорю это для того, чтобы перевести воздух на кухне от промозглого нуля в плюс и заодно создать провокацию. Пусть фыркнет или съязвит, а дальше начнем разбираться в причинах.

— Я купила билеты в Иркутск на завтра, — чеканит она вместо этого. — Нужно возвращаться на работу.

Что ж. Создал провокацию — получи еще одну в ответ. Ну а если серьезно, у меня нет слов.

Отодвинув чашку, я выхожу из-за стола. Плечи Рады заметно напрягаются, но она продолжает гордо стоять ко мне спиной.

— Давай-ка поговорим, Снежок, — я аккуратно разворачиваю ее к себе. — Ты же вроде взрослая девочка уже, чтобы так по-детски сбегать.

Рада задирает голову и спокойно смотрит мне в глаза. Ее взгляд, обычно яркий и смеющийся, сейчас закрытый и пустой. Будто смотришь на унылую бетонную стену.