Твои

— Разрешишь заказать для тебя, Снежок?

Меня хватает лишь на то, чтобы отрицательно мотнуть головой и уткнуться взглядом в страницы. Сейчас его улыбка, которой он так щедро разбрасывается направо и налево, меня жутко раздражает. В голове всплывают слова Даши: «Ты же видишь, какой он. Нет ни одного человека, который бы его не обожал». Пробыв в столице четыре дня, я готова признать, что так оно и есть. Да, Роберта все любят, и на сегодняшний день в моих глазах это его главный и единственный недостаток.

— Так, мама от моих услуг отказалась, — долетает до меня его беззаботный голос.

— Ты сказал, что тут есть макароны, — пищит Полинка. — А с чем они? Есть с сыром?

Под их милый треп я продолжаю таращиться в первую страницу меню, гадая как бы поскорее взять себя в руки. Даже то, что с каждым днем расцветают отношения отца и дочери, не радуют мою угольно черную душу. Я не знаю, как справиться с тем, что со мной происходит. У меня больше не получается быть той, кем я была до затянувшегося визита Роберта к нам в Иркутск.

— Мам, мы заказали пасту с чернилами! — весело сообщает Полина, когда я наконец отдираю взгляд от названия блюд.

— Молодцы, — с натянутой улыбкой бормочу я, захлопывая меню. — Я буду овощной салат и жюльен.

— Десерт выберешь? — уточняет Роберт.

Я встречаюсь с ним глазами ровно для того, чтобы продемонстрировать, что со мной все хорошо. Пусть я и превратилась в неврастеничку, но сыграть в нормальность все еще способна. Мне просто нужно время, чтобы привести себя в чувство, и ему ни к чему видеть жалкий промежуточный результат.

— Почему нет? — пожимаю плечами. — Пусть будет клафути."

"На обратном пути домой, сидя в машине Роберта прилично объевшейся, я благодарю себя за подобную выдержку. Спустя полчаса эпизод с обменом улыбками между ним и администраторшей наконец вылетел у меня из головы, и я смогла достойно включиться в беседу. В итоге разрекламированное шоколадное пирожное мы доедали втроем, а еще путем общего голосования определили планы на завтрашний день.

— Как тебе ужин? — незаметно приобняв меня в дверях прихожей, интересуется Роберт. — Кухня понравилась?

— Понравилась. Поэтому пирожное далеко не убирай. Доем его на завтрак.