Три метра над небом. Трижды ты

Я выпиваю немного белого вина – холодного, даже ледяного. Глотаю его одним махом, допиваю бокал. У меня перехватывает дыхание, но я его восстанавливаю.

– Ну, почувствовал, какое оно вкусное?

Джин смотрит на меня и улыбается. Она имеет в виду вино.

– Да, очень.

Официант, как будто он за нами следил, наполняет мой бокал снова.

Я ему улыбаюсь.

– Да, все отлично.

Подают еще много блюд, гости продолжают произносить тосты. Потом приносят горькие настойки, щербеты и кофе, и все подходят к столу с крепкими напитками.

Гвидо передает мне ром.

– Это «Джон Балли» – тот, который тебе нравится.

Я чокаюсь и выпиваю весь стакан.

Ко мне подходит Маркантонио.

– А со мной не хочешь выпить?

Он передает мне еще один ром, и, высоко подняв наши стаканы, мы чокаемся. За секунду исчезает и этот стакан.

– Все к торту, прошу вас…

Кто-то направляет людей, как большой табун, к площадке, находящейся чуть ниже. В центре возвышается огромный торт, на верхушке которого – фигурки жениха и невесты.

– Стэп, Джин, идите сюда, вставайте сюда, вперед.

"

"Мы подчиняемся приказам главного распорядителя, господина с темными напомаженными волосами, в смокинге. Он будто сошел с экрана одного из тех американских фильмов, действие которых происходит во времена сухого закона, когда запрещалось пить и продавать спиртное, но при этом процветала контрабанда, а самогонные аппараты прятали в зарослях тростника. Все автомобили были черными и высокими, и из них всегда выходил такой, как он, и начинал стрелять из автомата.

Но на сей раз он внушает больше доверия: у него в руках лишь огромнейшая бутылка шампанского. Когда мы оказываемся с ним рядом, он тотчас же открывает пробку, которая вылетает с оглушительным шумом, описывает приличную дугу и исчезает где-то в кустах, за людьми. Кто-то передает нам два бокала, и контрабандисту удается наклонить большую бутылку и налить нам шампанского. Одновременно за нами слышится другой хлопок, и над нашими головами один за другим раскрываются разноцветные фейерверки, и Джин, улыбаясь, стискивает мою руку.

– Они тебе нравятся? Думаю, что это сюрприз Адельмо, сына дяди Ардизио. Помнишь, я тебе о нем говорила.

Ну да, Ардизио – тот самый, который так летал на своем самолетике над военной базой, что всегда была опасность, что он кого-нибудь подкосит.

– Да, очень, они очень красивые.

Я вижу людей, которые, задрав головы кверху, к звездам, восторгаются этими разноцветными вспышками, и встречаюсь взглядом с Гвидо.