Яков. Воспоминания (СИ)

— Бог мой, какая разница! Кому нужны эти чертежи, хоть и секретные. Я ведь выполняю чисто техническую задачу по электричеству. Больше я Вам сказать ничего не могу.

— У кого Вы здесь в подчинении? — спросил я.

— У начальника гарнизона, — ответил он. И добавил, явно желая закончить разговор: — Простите, я… Мне надо собраться, и… Анна Викторовна, — обратился он к ней, — Все, что произошло, это чудовищно. И… — не закончив фразы, он вновь повернулся ко мне: — Я могу побыть один?

Подобное его желание более чем отвечало моим чаяниям.

— Разумеется, — ответил я ему. — Я оставлю городового в коридоре, для Вашей безопасности.

Буссе лишь кивнул мне в ответ. Кажется, происшествие весьма потрясло его, и он все еще не мог овладеть собой.

Мы с Анной Викторовной спустились в холл гостиницы и, не сговариваясь, свернули в кафе, где и устроились за столиком.

— Бедная девушка! — сказала Анна со вздохом.

— Да, — согласился я. — А Вы давно работаете с инженером?

— С первого дня, как он в городе, — ответила Анна Викторовна.

— Прогулки с ним тоже входят в Ваши обязанности? — не удержался я от колкости.

Зря я не сдержался. Уголки губ ее дрогнули в сдерживаемой улыбке, в голубых глазах запрыгали бесенята. Анну Викторовну всегда веселила моя ревность, и сейчас я соберу плоды собственной несдержанности.

— Разумеется, нет! — ответила она мне с очаровательной, но весьма язвительной улыбкой.

— Ничего странного не заметили? — я постарался поскорее вернуть нашему разговору деловую направленность.

Анна в мгновение ока сделалась серьезной."

"— Да мне это даже в голову не приходило, — ответила она, огорченная своей же невнимательностью и тем, видимо, что не может сообщить мне ничего полезного.

— А что он за человек? — спросил я.

— Довольно приятный, — ответила Анна Викторовна после секундной задумчивости.

— С кем общается?

— При мне ни с кем, — сказала она. — Мы с ним работаем часа по два, по три.

— А мы с Вами, кажется, не виделись недели две? — произнес я, отчаянно завидуя господину Буссе, имевшему возможность общаться с ней два-три часа каждый день.

— Да, кажется, — подтвердила Анна Викторовна со вздохом, — и вот такой повод.

— Да все как обычно, — попытался я развеять ее огорчение неловкой шуткой. — Должен кто-то умереть, чтобы мы встретились.

— Яков Платоныч! — взволнованно попросила Анна. — Не говорите, пожалуйста, так, это грешно.