Стая

— Как разгромил?..

— Молча. Разобрал мебель на щепки и сложил горкой. Все разнес и успокоился.

Юлька довольно улыбнулась.

— Я легко это представляю. И посуду разбил?

— Всю.

— Вот это ты скуча-а-ал… — с восторгом протянула она и почему-то поверила ему.

Верила, что он все так и сделал, как сказал — разнес всю мебель в своей московской квартире и перебил посуду. Верила безоговорочно. Потому что точно знала, что Шаурин не только может похвастаться умением сохранять хладнокровный и непробиваемый вид практически в любой ситуации, но с таким же успехом он в ярости может разнести все вокруг.

Вот этих его негромких слов оказалось достаточно. Думала, что всю душу ему измотает вопросами, но уже ничего не хотела спрашивать. Остыла. И устала. Внутри пусто было, но пустотой приятною — такой, которую хотелось поскорее чем-то заполнить.

Сквозь тонкую ткань вдруг почувствовался жар мужских ладоней. И как раньше не замечала. Как не чувствовала его возбуждения. Только сейчас, словно из тумана выплыла…

Руки его горячие лежали на ее бедрах.

Испытывая такое жгучее желание, не торопилась. Необычно и непривычно вот так — чувствовать голод и не спешить его утолять. Даже целоваться не спешить, не требовать ласки, не торопиться ощутить голой кожей его руки и губы.

Чувствовала, как желание горячо растекается по всему телу, загораясь в каждой клеточке. Очень ощутимо и остро. Так только раз с ней и было — чтобы вот так запросто без ласк и поцелуев возбуждаться, — когда заявился к ней в ту ночь непрошенным гостем.

Сплела с ним пальцы, своими сжала широкие крепкие ладони. Порой вот так держать Дениса за руку намного важнее, чем обнимать. Бывает, обнять открыто нет возможности, а взять за руку и почувствовать тепло всегда есть. Среди множества людей и в любой компании.

Потянул ее на себя, заставил лечь на грудь, придержал за поясницу, скользнув под футболку. Не спешил тоже. Наслаждался их спокойной близостью и своим жгучим возбуждением. И поцеловал сначала, касаясь только губ. Просто поцеловал, словно пробуя их мягкость. А лишь потом на вкус. Потом, раскрывая, и нежно исследуя языком.

Пошевелился — сам выше устроился на подушке и Юльку чуть вверх подтянул, чтобы крепче его обхватила.