Единственный (СИ)

Почти открываю рот, чтобы прервать это чертово рукопожатие, но мне не приходится вмешиваться. Разжав пальцы, парень говорит:

— Тебе сколько?

— Пятнадцать, — накидывает Ник.

— Бухаешь?

— Эм… нет…

— Да я шучу, — веселится.

— Ага… — отзывается Никита.

Когда снова опускается на диван, глаза его бегают, и, помимо неуверенности, вижу в них горячий интерес ко всему происходящему, словно он на аттракцион попал.

Рафа шевелит воздух, проходя мимо и усаживаясь рядом. Его рука падает на спинку дивана у меня за спиной, нигде не касаясь.

Это отвлекает.

Меня отвлекает все: шум, освещение, смех.

Глядя на говорящие и улыбающиеся рты присутствующих, девушек и парней, я не вслушиваюсь в слова. Не слежу за беседой. Не поддерживаю веселье. Все мои усилия сконцентрированы на том, чтобы снова и снова не искать глазами Палача, присутствие которого ощущаю как сгусток гнетущей энергии, потому что каждый раз, когда он подает голос, на моих руках волоски встают дыбом.

И все же я смотрю на него. Не гордо, а с проклятой виной во взгляде.

Пока здоровается со всеми, под напором своих колючих ощущений я подрываюсь с дивана и спрашиваю брата:

— Пить хочешь?

— Да…

— Схожу на бар, — говорю, выбираясь из-за стола.

Я задеваю его бедром. Стол шатается. Бросив «извините», опускаю лицо и уношусь подальше, рассчитывая воздуха глотнуть.

Мимо снуют люди, танцуют. У бара по лицу ударяет холодный воздух из кондиционера. Хватаю лежащую на стойке барную карту и пялюсь на нее бездумно.

Я извинюсь, а потом уйду.

Да! Так и сделаю.

Решение крепнет во мне, пока пытаюсь успокоить дыхание.

Я извинюсь, а потом спущусь вниз и буду танцевать. Прогоню из своей головы Палача и все, что с ним связано: мысли, чертов зуд под кожей! И больше не стану искать встречи.

Он возникает рядом, заставляя внутренний голос заткнуться как по щелчку.

Кладет на стойку руку и смотрит сверху вниз, создавая ощущение, будто на меня вот-вот свалится гора.

В его зрачках пляшут лучи прожектора, и хоть понимаю, что это не молнии, в животе все равно завязывается узел.

Он здесь — и этого достаточно, чтобы я начала чувствовать себя особенной снова, даже несмотря на жесткость его взгляда. Я успела привыкнуть! К его близости тоже.