Четвертый брак черной вдовы

 — В конце концов, дон Хоэль Доминго — мой племянник, я боялся опоздать

— Племянник?! — судья так и подпрыгнул.

Катарина и Хоэль оглянулись одновременно.

— Вы что-то попутали, добрый дон, — сказал Хоэль добродушно. — Дяди у меня отродясь не было.

— Боюсь, теперь вы им обзавелись, — сказал пилигрим и снял капюшон.

— Кошечка, — протянул Хоэль задумчиво, — мне кажется, или он и в самом деле очень смахивает на меня?

— Скорее, ты на него, — сказала Катарина. — Вы ведь герцог Барселуш, если я не ошибаюсь?

— Жозе де Барселуш к вашим услугам, — ответил мужчина.

— Мой дядя — герцог? — переспросил Хоэль. — Вот так новость! А кто папаша? Наверняка, король? Вспомнил о грехах юности и решил меня спасти?

— Если честно, за вас было заплачено полновесным золотом, — сказал герцог Барселуш.

— Вот странно, — усомнился Хоэль. — В последний раз, когда я видел его величество, он не слишком благоволил ко мне.

— Не король Испании, — поправил его герцог. — А король Португалии.

— Португалии? — ошарашено переспросил Хоэль. — Откуда он узнал обо мне? И зачем я ему?

— А это уже другая история, — ответил герцог. — И рассказывать ее надо не здесь. Моя карета ждет на краю площади — он снял плащ и предложил его Хоэлю.

— Ну что вы, — любезно отказался Хоэль, спрыгивая с помоста и помогая спуститься Катарине, — это наша семейная традиция — раз в полгода жена уводит меня с площади голого.

Барселуш хмыкнул, но больше не настаивал.

Толпа расступилась, давая дорогу, и было понятно, что скандальная жизнь в Тьерге еще не закончена.

Этим же вечером, собравшись в гостиной Каса-Пелирохо, Катарина и Хоэль узнали историю рода герцогов Барселушей, ведущих род от незаконного отпрыска короля Португалии.

"— Мы всегда находились рядом с королем, — рассказывал герцог Барселуш, поигрывая перстнем с фамильным гербом. — Нам поручалось выполнять самые опасные и деликатные миссии. К сожалению, наш род вымирает. Почему-то уайвернов рождается все меньше. Каждый из них — на особом счету. Но как отследить незаконнорожденных? Мать Хоэля была нерядовой женщиной, если ей столько времени удавалось скрывать сущность сына.

— И я ей очень благодарна, — сказала Катарина.