Десять «за»… (ЛП)

 — Я просто указываю на тот факт, что вы хотели получить поцелуй, а я выполнил ваше желание и…

И что? На что именно он там указывает? И куда испарились его мозги? Он не может додумать до конца простенькое предложение, не то, что высказать его вслух!

— Я мог воспользоваться вашей невинностью, — наконец выдал он. Господи, да он говорит, как полный олух!

— Вы хотите сказать, что не сделали этого?

Она что, действительно, настолько наивна? Он наклонился и пристально посмотрел ей в глаза.

— Вы и представить себе не можете, сколькими именно способами я не воспользовался вашей невинностью, — сказал он.

— Что? — рявкнула она. — Ну что?!

Он придержал язык. Ну, то есть, если быть честным, просто прикусил его, проклятого. Он ни в коем случае не должен рассказывать ей, сколькими именно способами и как конкретно он хотел бы воспользоваться ее невинностью.

Ей. Мисс Незнакомке.

Пусть так и останется незнакомкой, это лучше всего.

— Во имя Господа Бога, — услышал он собственный голос, — как, черт побери, вас зовут?!"

"— Вижу, что вы просто-таки изнываете от желания это узнать, — отрезала она.

— Ваше имя! — рявкнул он.

— Не раньше, чем вы назовете свое.

Он издал долгий, раздраженный вздох, потом взъерошил себе волосы.

— Мне показалось, или десять минут назад мы с вами вежливо беседовали?

Она открыла было рот, но он опередил ее.

— Нет, нет, — пожалуй, несколько театрально продолжил он, — мы не просто «вежливо», мы, я бы сказал, весьма приятно беседовали.

У нее помягчел взгляд. Не настолько, чтобы его можно было назвать «смягчившимся»… если говорить правду, то и близко не так, но все же, помягчел.

— Мне не следовало просить вас о поцелуе, — сказала она.

Но он заметил, что она не стала извиняться. И еще заметил, что его этот факт страшно обрадовал.

— Вы, конечно, понимаете, — тихо продолжила она, — что мне гораздо важнее знать, кто вы, чем наоборот.

Он посмотрел на ее руки.

Стоящая перед ним девушка сжимала ткань своей юбки. Очень крепко. Она явно нервничала. И все же держалась с поразительным достоинством. И Себастьян прекрасно знал, что она права.