Наследник

— Кхм… А что с золотом?

Вновь прищурив глаза и время от времени переводя взгляд с карты на плотно исписанные страницы малой книжицы, а потом и обратно, он стал тихонечко бормотать:

— Река Исеть — вижу. Большой и Малый Иремель, Атлян, Миасс — тоже вижу. Сыно, что за значок такой?

— Россыпи самородного золота на ручьях Каменка и Санарка, батюшка.

— Угум. Таш-ку-тар-ганка. Ну и названьице, прости господи!.. А значочек-то крупноватый. Что, так много?..

— Много, батюшка. Еще и каменья драгоценные тамо же. Вот тут надо ставить прииски.

— Вижу, сыно, все вижу.

Довольный донельзя правитель захлопнул книжицу и буквально оскалился в хищной усмешке:

— Ужо погодите у меня!

— Батюшка?..

— А? Нет, сыно, это я о своем.

Бережно скатав подробнейший чертеж земель уральских и сибирских, Иван Васильевич внимательно просмотрел следующее произведение картографического искусства, довольно крупно и опять же невероятно подробно отображающее все города и реки Европы. Затем все с тем же интересом перешел к четвертой карте, явно сравнивая размер своей державы и империи Османов, погладил кончиками пальцев Китай и часть Индии, после чего вернулся к предыдущему пергаменту.

— Сыно. Скажи, а нельзя ли вот только их?

Крепкий ноготь указательного пальца очеркнул королевство Польское и Великое княжество Литовское.

— Только еще больше, и во весь пергамент?

— Сделаю, батюшка.

— А на другом пергаменте их.

Все тот же ноготь прошелся по королевству Шведскому, затем перепрыгнул на Данию и земли Ливонии.

— И это исполню, батюшка.

— Ты мой помощник!..

Выпустив из родительских объятий полузадушенно пискнувшего сына, царь несколько смущенно потрепал его по голове. Когда собственный наследник ведет себя столь взросло и разумно, поневоле забываешь, что ему всего лишь десять лет!.. Впрочем, первенец на его излишне крепкую ласку ничуть не обиделся: поправив одежду и откинув растрепавшиеся пряди назад (и не лень же ему с ними возиться!..), царевич захватил отцовскую шею в кольцо своих рук и что-то просительно зашептал, откровенно пользуясь хорошим настроением родителя:

— Да зачем они тебе, сынок? В приказах любого из подьячих возьми — только рады будут в стряпчие перейти!.

— Эти будут только мои, батюшка. К тому же один из них точно умеет молчать."

"Еще минута тихого шепота, и великий государь окончательно сдался:

— Бери под себя, дозволяю. Постой-ка, а они, случаем, не сродственники боярам Колычевым?

— Нет, эти из детей боярских вышли, батюшка.