На пути Орды

– Сок желудочный с мякотью, еще скажи…

– Вот, наконец! Наше название: «Озверин крепкий», не рекомендуется детям до сорока лет, беременным женщинам, водителям подручных и арбитражных средств, а также лицам с нарушенной символикой…

– Я тоже что-то крепкое нашел: «Дракула»…

– Сколько градусов?

– Нет никаких градусов. Отмечено «без последующего бальзамирования»… Это бальзам, наверно… Нет, написано… вот, мелко… горькая…

– Настойка?

– Нет. «Участь» написано… Горькая участь… Хлебнешь? Я открою!

* * *– А этот гад сказал, что ты погиб!

Михалыч резко крутанул баранку, выводя «опель» из укромного закутка возле КПП.

– Какой гад, папа? – спросила Катя, уже жевавшая на заднем сиденье вафельный торт тридцать пятого века.

– Да этот вот, Медведев… Вон, глянь-ка, какой «мерседесище» пригнал сюда свой. – Михалыч кивнул в сторону черного нового лимузина, припаркованного возле самой проходной. – А говорит, что получает вдвое меньше моего…

– Зато, быть может, в пять раз чаще, – пожал плечами Алеша.

– Что про отца, узнать что удалось?

– Да.

– Как там, кстати, живут-то люди, – в тридцать пятом веке?

– Как? – задумался Аверьянов-младший. Врать никакого желания не было, а говорить правду было стыдно. – Живут по-разному…

– То есть?

– Да видите, в чем дело… Меня заблокировали на целый круг тем. Так что многие вещи я просто забыл. Как бы. Это была необходимая процедура – частичное стирание памяти.

– Не-о-ня-ва… – промычала Катя с набитым ртом. – Очень вкусный! … «Не-о-ня-ва» означает «не поняла»! – повторила она.

– А что тут непонятного? Знание будущего – это предсказание, так?

– Так.

– А не всякое предсказание – на пользу…

– Ну, например, какое-такое предсказание может быть не на пользу?

– От которого руки у всех опустятся, например.

– А кто решил, что все должны жить с поднятыми руками?

– Руки здесь ни при чем, Катька. Людей нельзя лишать надежды, вот в чем дело!

– Почему? По-моему, это глупость! Вот я говорю, Лизке из соседнего подъезда, пятикласснице: «Если не будешь зубрить – английский не выучишь»! Она надеялась, что выучит, не зубря. А просто учебник на ночь клала под подушку… А я ее надежды р-р-раз – и лишила! Что, разве плохо?

– Да я говорил о другой надежде…

– Ты сам запутался.