Морской лорд

Здесь нас встретили западный ветер и привычные нудные дожди, благодаря которым наполнили опустевшие бочки, вволю напились сами и напоили лошадей. Животные тяжело переносили переход. Для одной кобылы пришлось сделать помочи, которые держали ее на весу, не давали лечь. Видимо, от долгого стояния на одном месте у нее отказывали ноги.

Все жители деревни вышли на берег встречать нас. Так долго мы еще ни разу не отсутствовали, и кое-кто уже начал высказывать мрачные предположения. Зато радости было больше обычного.

Мои матросы расхаживали так богато одетыми, что им завидовал рыцарь Гилберт. Кузнец Йоро пожаловался мне на него. Рыцарь слишком не уважал всех, кто не принадлежал к его касте. В деревне стали недолюбливать Гилберта.

— Мало ли что может случиться… — неопределенно сказал кузнец.

То есть, на охоте случайно получит стрелу. Здесь это распространенный способ убирать неугодных. Даже с королями так иногда поступают.

— Он мне очень нужен, пока не построю замок, — сказал я и пообещал: — А потом что-нибудь придумаем.

— Да нам чего, потерпим, — произнес старик.

Стены замка и башни до их уровня были уже возведены. Заканчивали и последний этаж главного здания. До холодов, конечно, все не сделают, но зимовать в нем уже можно будет. Я с головой ушел в строительство. Не знаю, как без меня справлялся Гилберт, но мне явно не хватало светового дня. Уставал больше, чем во время зимнего перехода в Линкольн.

В конце сентября решил немного отдохнуть — сходить в Честер, продать часть трофеев и купить бычков и свиней на питание рабочим, потому что Джек не успевал подвозить.

Ранульф де Жернон, граф Честерский, и Вильгельм де Румар, граф Линкольнский находились в Честере проездом из Бристоля. Они мне рассказали много новостей, причем неприятных. Начала императрица Мод правильно — раздала земли всем, кто убедил ее, что помог ей победить, и даже придумала шесть новых графских титулов. Потом какой-то доброжелатель посоветовал ей подзаработать немного — обложить Лондон тальей — налогом, отмененным королем Стефаном, что очень не понравилось горожанам.

В придачу она попыталась восстановить светскую инвеституру епископов — право назначать их, отмененное королем Генрихом Первым, в следствие чего стала врагом церкви. То есть, она решила купить грабителей, но обобрать попрошаек и работяг. Только грабители оказались слишком продажными. Многие сразу перебежали на сторону другой Матильды, жены Стефана, которая пообещала щедро заплатить.