Монастырь (СИ)

– он достал глиняную бутыль, перевязанную холстиной, откупорил и налил в кубок, отпил сам, пробуя вкус свободы, доставшейся кровью.

– Да, в горле пересохло, – он поглядел на Себастьяна с рассеянной улыбкой.

– Сегодня странный день, – кубок переместился из рук аббата в руки гостя. – Так люблю неожиданные повороты. – чернота глаз стала непроницаемой. – Как только ты появился во дворе, я понял, что угли не почернели до конца. Ты так вырос. Общаешься с королями. Охраняешь веру. Наверняка, знаешь цену всем этим монастырским орденам.

– Я был терпелив и послушен властям, и потому взлетел высоко и при этом продолжаю быть угодным сильными мира сего, – Паоло усмехнулся, отпивая вино, – Тебя пытался научить тому же – терпению и послушанию, но ты, как вижу, оценил лишь один аспект моей науки.., милый, – он провел языком по краю кубка, глядя в черные глаза.

– О да, милый... Я благодарен тебе за науку... выживать. – ухмылка зверя, а не человека.

– Ну и сколько стою я? И собираешься ли ты меня... использовать? – серые глаза с затаенными чувствами скользили по фигуре аббата. Короткое удовольствие только распалило его и всколыхнуло самые жаркие воспоминания.

– Ты для меня бесценен, – отставив бутылку, Себастьян оперся на стол и сложил руки на груди. – Как восход, как закат... как каждый день, что достается мне за просто так, – новая улыбка. Но я не дурак, Паоло. Я не стану похищать такого значимого человека. Знаешь, почему? Этот мир поделен на сообщества, что пытаются выживать, создавая внутри законы и помечая друг друга гербами и другими признаками отличия. Инквизиция мстительна. Ты слишком дорого мне обойдешься. Я лучше заберу с собой закаты и восходы.

– Инквизиции и так уже есть, за что тебе мстить. Я всего лишь ее слуга. Один из многих. А ты обокрал Церковь, Антуан, – он допил вино и отставил кубок, поднимаясь из кресла, подошел совсем близко. – Память так обманчива... А вино у тебя такое пьяное, – шепнул, потершись щекой о щеку аббата.

– Пьяное, мой хозяин, – отозвался аббат, отвечая на ласку и обнимая инквизитора. – Но я никого не грабил.