Моё чужое лицо

Как тебе история?

Я думала, что ему ответить, и вдруг мне в голову пришла интересная мысль. Я только спросила:

— Кто тебе это рассказал?

— Тот, кому я доверяю. Так это правда?

— Допустим.

— Получается, ты всё же сестра моей жены, только приёмная. И как тебя теперь зовут?

— А тот, кому ты доверяешь, не сообщил, как звали девочку?

— Нет.

— Тогда пусть остаётся Полина, мне это имя нравится.

Алексей хмыкнул и покачал головой.

— Это ещё не всё, что я хотел тебе рассказать. Я же тоже не сидел сложа руки и кое-что выяснил.

— Не советую это проверять.

— Даже так? Ладно. Зато понятно, откуда у тебя ключи от дома. Кстати, частный детектив — недешёвое удовольствие. И ты всё ещё живёшь в гостинице в центре города…

— Ты что, мои деньги считаешь?

— Вот именно. Хочется узнать, откуда у сироты такие средства? Учитывая её любовь к чужому имуществу.

— На что ты намекаешь?

— Я намекаю на то, что за тобой кто-то стоит.

Я вздохнула:

— У тебя очень богатая фантазия, всё гораздо проще. Деньги мои, я их не украла, а получила в наследство. А здесь я для того, чтобы найти убийцу Ксении и её родителей.

— Зачем тебе это? Вряд ли ты их любила.

— Считай это моим долгом перед ними. Они всё же приютили меня, кормили, одевали.

Алексей подошёл к кровати, наклонился надо мной и, глядя в глаза, произнёс:

— Я тебе не верю.

— У нас это взаимное чувство, — усмехнулась я. Он сжал челюсти, не отводя от меня взгляда. Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга. А потом он вдруг схватил меня за локти и притянул к себе. Оказавшись в его объятиях, я забыла обо всём. У меня больше не было сил отталкивать его. Моё тело хотело его ласк, мои губы ждали его поцелуя. Он готовился к сопротивлению, но оказался беззащитен перед моим желанием.

Через минуту мы упали на кровать. Алексей целовал моё лицо, шею, его горячее дыхание обжигало меня, а руки на моём теле лишали остатков разума.

— Ксения…

Я замерла, страсть мгновенно улетучилась. Отвернула лицо в сторону от его нетерпеливых губ и упёрлась ладонями в грудь. Он остановился, в затуманенных глазах постепенно появлялось отрезвление. Отодвинулся от меня и сел на кровати, пытаясь унять дыхание.

— Чёрт! Да что же это?! — схватил чашку, стоящую на столике, и запустил ей в стену.