Мой палач. Реквием (СИ)

Знаю, слабая я, но уж точно больше не та девочка наивная, что была до встречи с демоном. Что боялась даже в глаза ему смотреть, боялась жестокого мужчину, и его ненависти к себе.

Все понять никак не могла, неужели можно вообще такое испытывать, ненависть эту дикую, но теперь понимаю. Я отлично Беса понимаю, потому что теперь чувствую к нему тоже самое. Я его ненавижу так сильно, как еще никого и никогда до этого. И это чувство нет, оно не проходит, оно растет, как раковая опухоль, и не дает мне и шанса опустить руки.

Я думала, что после насилия над телом и душой, такой жестокой казни казни Бес меня обидел, но нет. Настоящая казнь сейчас происходит, вот она, боль в чистом виде, которую я раньше не знала. Материнская боль самая сильная, самая дикая и черная. И она не отпускает меня ни через день, ни через месяц. Мужчина, которого я смела полюбить несмотря ни на что, своими руками мою душу разорвал, и теперь растоптал так больно, что я отойти от этого не смогу...пока не найду его.

Я ищу Беса.

Как ненормальная, безумная дьяволица я ищу его постоянно! Везде, по всей стране. Специально покупаю ноутбук и выслеживаю, звоню Виктору, но он не отвечает. Этого номера вообще нет больше. По ниточкам пытаюсь собрать хоть что-то, но ничего нет. Совсем ничего!

— Где ты, демон? Скажи мне, как найти тебя…"

"Говорю в темноту, но ничего нет. Бесаев как сквозь землю провалился, но я не дам ему так просто исчезнуть. Сама тоже не умру, пока в глаза ему не посмотрю. Родную дочь..

.не пожалел, хотя о чем я. Он не знает, что такое жалость. Бес жесток, и всегда таким был, я просто не видела этого. Глупая, влюбилась. Впервые в жизни сильно, до гроба просто. Намертво в него! Думала, чудовище станет хорошим. Не стало. А я…дура!

Постепенно деньги заканчиваются, и я с огромным усилием воли заставляю себя отказаться от таблеток. Я вся дерганная становлюсь от них, сил совсем нет, а мне нужно быть с холодной головой. Чтобы найти его!

Я остаюсь в городе Беса и снимаю небольшую квартиру, восстанавливаю документы, и бегаю по филармониям.

К родителям даже не пытаюсь возвращаться. Они не виноваты ни в чем. Я хочу хотя бы их уберечь, они не должны страдать из-за меня. Это мой грех, мой род и теперь моя месть. Я уже ничего не боюсь. Мне просто нечего уже боятся. Самое страшное со мной уже произошло.

Если вездесущие люди Булата или Беса меня заметят, я буду даже рада. Правда! Пусть найдут меня. Пусть уже ищут! Мне все равно уже.