Мой любовник

Ни у тату-мастера, ни у его администраторши не останется ни единого конкретного воспоминания о случившемся. В лучшем случае, у них будут размытые отрывочные воспоминания. В худшем — мигрень.

Когда пара впала в транс, Джон, Блэй и Куин вышли из двери салона и растворились в тени. Они ждали до тех пор, пока татуировщик не пришел в себя, подошел к двери и щелкнул замком… а затем пришло время приступить к делу.

— К У Сэла? — спросил Куин, его голос был ниже обычного, благодаря сексуальному удовлетворению.

Блэй затушил очередной бычок, когда Джон кивнул и показал:

«Они уже ждут нас».

Один за другим, его приятели исчезли в ночи. Но, прежде чем Джон испарился, он на секунду остановился — сработали его инстинкты.

Взглянув налево и направо, его острое зрение проникло в темноту. Трейд-Стрит освещало множество неоновых огней, машин не было, так как было уже два часа ночи, но он не был заинтересован в освещенной части этой улицы.

Его интересовали лишь темные переулки.

Кто-то за ним наблюдал.

Он сунул руку внутрь своей кожаной куртки и сжал в ладони рукоятку кинжала. Джон с легкостью мог разделаться с врагом, особенно сейчас, когда прекрасно знал, у кого находится его женщина… и надеялся, что нечто пахнущее как недельной давности стухшая оленятина покажет свой нос.

Облом. Вместо этого зазвонил его мобильный. Без сомнения, Куин и/или Блэй интересовались, где он, твою мать там застрял."

"Подождав еще с минуту, он решил, что информация, которую надеялся получить от Треза и Айэма, была важнее размышлений о том, что в тени скрывается какой-то убийца.

С местью, сгустившейся в его венах, Джон испарился в воздухе и снова принял форму на ресторанной парковке У Сэла. Здесь не было машин и огни, которые обычно подсвечивали внешнюю сторону кирпичного здания, были выключены.

Двойные двери тотчас открылись, и Куин высунул свою голову.

— Какого черта ты там копаешься?

«Паранойя», подумал Джон.

«Перепроверял свое оружие», — показал он знаками и двинулся внутрь.

— Мог бы попросить меня подождать или сделать это здесь.

«Да, мамочка».

Внутри, помещения убранство было выполнено в стиле Rat Pack [13]с красными обоями и плюшевыми коврами. Все, начиная от клубных кресел до столиков со скатертями, тарелками и столовыми приборами, было репродукцией шестидесятых годов и здесь, так и витала аура Дина Мартина: удивительная, богатая, подобно роскошному Казино Песков[14].

Играла даже композиция Ol' Blue Eyes.