Мой ангел злой, моя любовь…(СИ)

Снова бросилась в атаку кавалерия неприятеля после того, как французская пехота легла на поле, сраженная залпами картечи, уже подбираясь почти вплотную к батарее. Тут же раздался сигнал от командира полка Левенвольде приказ атаковать неприятельскую конницу, и кавалергарды двинулись на поле боя. Пришел их черед бить француза впервые за столько месяцев, и в каждой груди под кавалергардской кирасой билось сердце в предвкушении тех мгновений."

"Смешались всего на миг, сбившись с рыси, когда первая потеря вдруг случилась в самом начале атаки, едва только выезжали навстречу перестроившейся при виде кавалергардов конницы французов.

Все дальнейшее для Андрея представлялось лишь какими-то отдельными картинками, мелькающими перед глазами, короткими, но такими яркими эпизодами. Он рубил остервенело направо и налево, уворачиваясь от ударов, что сыпались, казалось со всех сторон. Кто-то падал с криком или даже не успев издать и звука, а на его место уже спешил другой и снова противоборство лезвий палашей и сабель.

А вокруг этой свалки летала картечь, порой поражая противника Андрея до того, как тот успел ударить. В один из таких залпов левую руку обожгло огнем, оттого замешкался на миг, пропустил удар по спине, благодарение Богу, лишь скользнувшему по кирасе, но все же отдавшемуся в спине, а после и в левом плече. Этого француза, уже занесшего лезвие для очередного удара, зарубил юный корнет, обещавший витебскому помещику скорое избавление от длани Наполеона, спасая Андрея.

Андрей в свою очередь выбил из седла того, кто ударил корнета, борясь с таким не ко времени и месту ныне желанием взглянуть, жив ли юноша. Да только как тут глянешь, когда так и наседают со всех сторон? И велики ли шансы выжить даже раненому под копытами коней, топчущихся на месте?

«Уланы! Уланы! Поляки!», крикнул кто-то слева от Андрея.