Мой ангел злой, моя любовь…(СИ)

А может, что и поле сожгли давеча… Целое поле зерновых. Подчистую…. в золу…. в пепел…

Андрей только промолчал в ответ, передал бокал тут же шагнувшему к нему Ивану Фомичу, отводя взгляд от лица Михаила Львовича. Снова ширилось в груди чувство вины, словно это лично он, Андрей, был виноват в том, что сожжено целое поле зерновых, лишая Шепелева хорошего урожая, что вскоре приедут в эти земли французы, и неизвестно, какая судьба ждет самого помещика этого имения с этим приходом.

— Она будет жалеть, что не увидела вас, — прошептал вдруг в ухо Андрея Михаил Львович, когда на крыльце обнимал на прощание будущего зятя, благословив перед отъездом.

"— То только к благу ныне. Пусть будет столь далече от этого места, сколь возможно.

В ночь перед сражением Андрею не спалось. Он долго ворочался сбоку на бок, пытаясь уснуть, но вскоре оставил эти попытки, стал просто лежать, запрокинув руки за голову, прислушиваясь к редким звукам, что долетали до его уха.

— Не спишь? — спросил из темноты голос Римского-Корсакова, который, видимо, тоже безуспешно пытался провалиться в сон.

— Не сплю, — подтвердил Андрей, доставая из-под рубахи кольцо, что висело на шее на толстом шнурке. Он часто гладил пальцем эти камни, и от этого простого движения в душу приходило какое-то странное спокойствие.

— Как жаль, — вдруг произнес голос Павла.

— Что это ты, Павел Александрович, разговор какой дурной заговорил, — заметил Андрей, в то же время ощущая в душе то же сожаление, что снедало ныне штаб-ротмистра. И отчего он тогда не стал ухаживать за Анной ранее, еще той зимой? Отчего не сделал ничего, чтобы переменить судьбу еще тогда, на Рождество? Отчего даже не станцевал с Анной ни единого танца, потакая своей гордыне и обманчивому взгляду на нее? Ни единого танца…

Андрей закрыл глаза и представил залу в доме Шепелевых с множеством зеркал, в которых отражались мундиры и фраки, легкие и воздушные платья, многочисленные огоньки свеч в люстрах.