Мера бытия

Помнится, от сообщения, что прямо в эту минуту за ней наблюдает Бог с сонмом святых, Варваре Николаевне стало неловко, и она слабой рукой натянула на себя простыню. Может быть, тогда она в Него и поверила, сохраняя в себе уголёк веры, который вспыхнул в нужный момент?

В итоге сына назвали Сергеем[42], и Варвара Николаевна постоянно хранила благодарность за мудрый совет, полученный двадцать два года назад от больничной акушерки.

Вместе с людьми в храме Варвара Николаевна перекрестилась и склонила голову.

— Мир вам! — провозгласил священник.

«Какие хорошие слова, вобравшие в себя всю меру бытия», — подумала Варвара Николаевна.

Мир на земле — и люди не убивают людей, а вокруг довольно картошки и хлеба.

Мир в душе — и родители растят детей добрыми и сострадательными.

Но любой мир надо выстрадать, вымолить, выстроить.

Господи, помоги!

* * *О том, что у него сегодня день рождения, Сергей узнал случайно, когда Васька Коновницын притащил в окоп трофейный ранец убитого немца. Переваливаясь через бруствер, Василий победно похлопал по раздувшемуся боку ранца своими музыкальными пальцами:

— Видал, какая богатая добыча.

Васька хотел сказать это с лихой бравадой, но не получилось, и он жалобно шмыгнул носом. Есть хотелось неимоверно. Сергей подумал, что даже в блокаду он так не мучился от бескормицы. Может потому, что на Большой земле постоянно был в движении, а в окружении время тянулось медленно, будто замерев от атаки до атаки.

Рванув на себя застёжки ранца, он махом вывернул его содержимое на дно окопа.

Из книги выпала фотокарточка полуобнажённой девушки в кружевных панталонах до колена.

— Мерзость какая, — сказал Василий, заглянув через плечо, — такая в санинструкторы не пойдёт и раненого из-под огня не вытянет.