Мятежники

 – Не защитите свою маленькую сестру?

– Но я помогаю! – Искр осторожно поднялся на когти. – Уже тем, что сказал тебе, а ещё тем, что постараюсь остаться в живых и в следующий раз защитить её! Я уверен, ты справишься. – С этими словами он сделал шаг назад, развернулся и поспешил во дворец.

– Подождите! – крикнул Шестипалый. – А ваши братья? Где они?

– В дозоре, – ответил Искр, скрываясь за углом.

Шестипалый разочарованно вздохнул. Догонять трусливого принца некогда, нужно найти младшую принцессу, пока с ней не случилось ничего дурного.

Это не входило в его обязанности, но, в отличие от Искра, он не из тех драконов, которые с лёгкостью переложили бы эту обязанность на кого-нибудь другого.

Игровая находилась совсем неподалёку; туда он и решил направиться первым делом. Большинство драконят, живших во дворце, до двухлетнего возраста проводила время в этих стенах под зоркими взглядами двух древних песчаных. Шестипалый помнил их скрипучие голоса и рассказы о том, как старейшины учили летать саму Оазис, когда та была ещё совсем крохой.

Двери игровой были открыты для любого дракона из замка, так что дети слуг и господ росли вместе – принцессы бок о бок с будущими посудомойками."

"Не теряя ни минуты, Шестипалый запрыгнул на стену, огораживающую сад, и полетел, вместо того чтобы воспользоваться более прохладными внутренними переходами.

В середине двора находилось углубление с бассейном, где драконята могли плескаться, спасаясь от полуденного зноя.

Выше располагался шатёр с длинными белыми занавесками с трёх открытых сторон. Там Шестипалый провёл два мучительных года: с трудом учился читать и пересчитывать красную гальку, разложенную небольшими кучками. Для него это оказалось просто пыткой; не так он представлял себе настоящее дело.

В остальной части двора имелось всё необходимое для первых полётов: уступы на разной высоте, мягкая песочная насыпь, в которую можно приземлиться, множество жёрдочек и перекладин.

И, конечно же, в одном углу дежурили лекари с достаточными запасами разноцветных кактусов – единственным противоядием от отравы в хвостах песчаных. Примерно до трёх лет у драконят не было яда – и это большая удача для всех окружающих, – но в этом возрасте они вечно врезались во всё подряд или прыгали, не глядя на своих родителей; одним словом, им постоянно требовались перевязки и антидот.