Личное дело майора

Хорошо, что он не ворвался в спальню. Затормозил в шаге до двери.

Потому что раздался второй стон.

Медленный…

Без надрывного страха.

Насыщенный совершенно другими эмоциями.

Диаметральными.

У Евгения нутро скрутило… И уже понятно от чего.

От того, что ему, взрослому мужику, очень хорошо было известно происхождение таких звуков. Они кружили голову и поднимали уровень тестостерона в крови до максимума.

Стоны удовольствия.

Сначала он даже не понял, что происходит. Евгений встал таким образом, чтобы темнота в квартире скрывала его фигуру на тот случай, если Тома посмотрит в его сторону.

Но девочка была слишком занята…

Она ласкала себя. Трогала.

Прикроватный светильник сделал свое дело – осветил то, что можно и нельзя.

Тонкие белые руки… одна на груди, вторая где-то под одеялом, что все-таки прикрывало бедра…

А жаль.

Последняя мысль пронзила Тихонова. Кровь мгновенно вскипела в жилах, в паху потяжелело. Он и так сдерживался из последних сил, а тут это!

И уйти нереально.

Ноги точно к полу приросли.

Да чего он точно маленький?! Какие-то оправдания ищет!

Тихонов хотел смотреть, как Тамара ласкает себя! И смотрел…

Футболка где-то застряла на плоском животе. Светлая кожа манила в отблесках светильника… А рука, что скрылась под одеялом, размазывала мужскую фантазию об асфальт! Раскатала. Тихонов жадно сглотнул, интуитивно минимизировав звуки. Ни к чему Томе знать, что он рядом.

Пусть девочка получит удовольствие.

Он едва ли не наяву видел поблескивающие от сока складочки… Сочные, вкусные.

И дальше. Назад и снова внутрь, вынимая сладко пахнущую влагу…

У Евгения перехватило дыхание. Во рту образовался терпкий вкус, точно это он водил пальцами между губок Томы, а потом облизал их. Смачно так. Со вкусом.

Тома замерла. Выгнулась. Приподняла бедра. Затылком же, наоборот, уперлась в подушку.

Майор также замер.

Давай, девочка… давай…

Тома опала на подушку и некоторое время не двигалась. Потом повернулась набок к стене, оголив тонкую белую талию и сладко засопела.

Евгений же уперся лбом в дверной косяк. Зашибись ночка.

глава 4

ГЛАВА 4

– Ты у него была?

– Да, мам…

– Томочка…

– Мам, не ругайся, пожалуйста. Очень тебя прошу.

– Не буду.

Елена Викторовна подошла и обняла дочь. Крепко.

Та обвила в ответ мать за талию и притихла.

Устала она.