Мечников. Том 8. Луч надежды

Я специально вывел Аркадия из равновесия, чтобы просунуть руку к плите.

А затем всё решилось за считаные секунды.

Я выпустил из своих скрытых каналов «перелечивание» и нанёс удар сразу по двум Мансуровым. В этот же момент прогремели два выстрела. И всё прекратилось.

Аркадий рухнул на землю, сжавшись от мощного спазма брюшной мускулатуры. С Викторией я поступил прямо противоположно — выгнул её в обратную сторону, заставив межпозвоночные мышцы и мышцы спины увеличиться и сократиться вдвое сильнее, чем требуется.

Вот только за секунду до того, как магия сработала, женщина всё же успела сделать выстрел практически одновременно с Ильёй.

Я не сразу понял, куда попали пули, пока не испытал жгучую боль в правом бедре. Из моей ноги хлынула кровь вишнёвого цвета, и я с трудом удержал равновесие, после чего прислонился к одной из клеток, и зажал раненую ногу своей рукой.

Вторая же пуля раздробила правую кисть Виктории, тем самым, окончательно её обезоружив.

— Никогда не позволял себе причинять вред женщинам, но эта скотина вывела меня из себя! — будто бы оправдываясь, прокричал Синицын.

— Всё в порядке, — ответил ему я. — Венозное кровотечение. Переживу.

Правда, пуля насквозь не прошла. Застряла где-то в мягких тканях бедра. Вот только заниматься самолечением сейчас не время. Перетерплю. Мана всё ещё нужна для воскрешения Токса.

Я пересилил себя, а затем похромал к Мансуровым. Мы с Ильёй связали Аркадия, затем выпустили Артура, и тот помог нам обездвижить Викторию, оставив ей лишь одну руку для сотворения колдовства.

— Вы за это поплатитесь! — кряхтела она. — Вас двоих убьют не наши союзники. За попытку убийства графа и его семьи вас казнят по приказу императора. Вы только что нарушили один из важнейших законов Росси…"

"— Заткнись, — перебил её я. — Говорить будешь в суде. Но только после того, как создашь ещё одного клона. Но перед этим дай мне магическую клятву. Поклянись, что вернёшь моего друга к жизни и сразу же разрубишь свою связь с его телом.

Она молчала. Однако деваться Виктории было некуда. Женщина понимала, что выбора у неё нет. Либо сотрудничать с нами, либо остаться в этом доме навсегда.

— Виктория, будь благоразумна. Мы проиграли эту битву, — прошептал Аркадий. — Но всё ещё можем выиграть войну. Нам нужно выбраться отсюда живыми. Суд им не выиграть при любом раскладе. Сама знаешь почему.

— Хорошо, — процедила сквозь зубы она. — Но только если ты, Мечников, дашь ответную клятву.