Мечников. Том 8. Луч надежды

Я просто не позволю ему произнести ни слова.

И, будто прочитав мои мысли, Владимир в этот же момент попытался сделать обратное. Всё же решил пойти против меня, вскрикнул, успел произнести один лишь только звук. Однако сразу после этого дрожащими руками схватился за горло, отступил назад, ударился спиной о подоконник и сполз вниз по стене.

Я вновь воспользовался своей козырной картой. Скрытой силой лекарской магии, которой меня обучил местный преподаватель по борьбе с некротикой.

«Перелечивание».

Я ускорил рост клеток в голосовых связках Владимира Мансурова.

Связки быстро уплотнились и разрослись до такой степени, что он уже не мог адекватно издавать звуки. Теперь любая попытка произнести хотя бы одно слово приводила к полному перекрытию гортани.

А тут у человека остаётся всего два варианта. Либо дышать, либо разговаривать. И что-то мне подсказывает, что Владимир выберет именно первый вариант.

— М-м-м! — промычал он и тут же закашлялся.

— В чём дело? — медленно приближаясь к нему, произнёс я.

— Думал, что твоя семья сможет и дальше безнаказанно творить беспредел? Нет, эта эпоха закончилась. А точнее — очень скоро закончится. И начнётся процесс очищения с тебя.

Владимир попытался произнести фразу, но ничего не вышло, и мне пришлось читать по его губам.

«Что ты имеешь в виду?»"

"— Скоро узнаешь, — произнёс я, а затем ускорил кровообращение в его головном мозге до такой степени, что Владимир испытал чувство эйфории и провалился в полную иллюзий дрёму.

Осталось только придумать, как вынести его отсюда.

Извлекать из него информацию прямо в аудитории нельзя. Нужно переместиться в другое место, где нас точно никто не сможет найти или подслушать. И у меня уже есть на примете один ловкий способ.

Я поднял Мансурова, закинул его на плечо и направился к выходу из аудитории. На третьем этаже уже никого не было, все студенты старших курсов направились в библиотеку или по домам, чтобы готовиться к предстоящим экзаменам. В конце мая они обычно посещают академию только для специальных консультаций с преподавателями или лекций, повторяющих материал особенно сложных тем.

Людей я не встретил до тех пор, пока не оказался на первом этаже академии. Там меня увидели десятки студентов. Хоть они и не стали озвучивать вопрос, но явно захотели узнать, почему на моём плече висит один из самых ненавистных преподавателей этой академии.

— Разойдитесь! — велел я. — Господину Мансурову срочно требуется экстренная медицинская помощь.