Мечников. Том 8. Луч надежды

Сложно сосредоточиться на работе, когда рядом кто-то жужжит, как назойливая муха. В итоге Светлана обиделась и убежала к себе на второй этаж в свой личный кабинет.

Ох, детский сад…

— Светлана, куда же вы? — пропел Синицын и уже приготовился бежать за ней.

— Илья Андреевич, а вы нам помочь не хотите? — крикнул ему я, утирая выступивший на лбу пот.

В целом, герметичные свинцовые коробы мы уже практически спаяли с помощью огненных кристаллов, и помощь Синицына нам больше была не нужна. Но меня всё равно удивляло, как любая женщина может отвлечь его даже от крайне важного дела.

Даже затрудняюсь сказать, что для него важнее — женщины или деньги. Эти весы в его голове явно сломались, и очень давно.

Илья вздохнул, повозился какое-то время вокруг нас, а потом всё равно убежал на второй этаж к Бронниковой. Уж не знаю, чего он там задумал, но это уже не имеет значения. Я ему плачу за юридические и финансовые консультации. С нашими изобретениями он копаться не должен.

— Вроде всё, Алексей Александрович, — заключил Захаров.

— Нехило же мы с вами потрудились! Правда, я до сих пор не особо понимаю, как должен работать этот аппарат. Выемку для плёнок я оставил, как вы и просили. Теперь бы посмотреть, на что способно наше детище!

— Я испытываю те же эмоции, — улыбнулся я. — К счастью, у нас уже всё готово. Мы можем протестировать его на человеке. Только не хотелось бы кого-то облучать без лишнего повода.

В теории мы, разумеется, можем сделать обычный рентген лёгких, проверить кого-нибудь на туберкулёз или онкологию, но смысла в этом нет.

В идеале на рентген без серьёзных показаний не направляют.

Именно поэтому в моём мире и изобрели флюорографию. На ней облучение гораздо меньше, поэтому можно хоть два-три раза в год делать снимки лёгких и не причинять этим самым никакого вреда обследуемым.

А в некоторых профессиях требуется проводить такой медосмотр очень часто. Так что в этом случае рентген — не выход.

— Можем дойти до госпиталя.

Главный лекарь — Разумовский — должен найти нам человека, который нуждается в таком… — начал рассуждать я, но мой монолог сбил спускающийся со второго этажа Синицын.

— Чёрт бы её подрал! — возмущался он. — Я её успокоить хотел, а она… Драться! Выгнала меня!

Знаю, как он хотел её успокоить. Ничего удивительного, что его поколотили.

Однако на этом злоключения Синицына не закончились. Он убегал от Бронниковой, постоянно озираясь, и пропустил ступеньку.