Крамола. Книга 1

— Чья б корова мычала! На себя глянь! — стал задирать его свободненский кузнец Анисим Рыжов, огромный рыжебородый человек. — Мы хоть пили задарма, а ты и пожрать норовишь! Кусошник!

Митя Мамухин чуть приподнялся, погрозил кулаком:

— Вот подойду да наверну по башке! Так подметки и отлетят!

— А ты подползи! — засмеялись свободненские. — Ниже падать будет!

Мамухин выругался и снова лег. Андрею же стало не по себе, что над Митей смеются. Обидно было, что тот и ответить толком не может.

— Умные люди говорят, хороших бар не бывает, — снова повторил Дося и выступил вперед своих.

— А где ты видал в Свободном умных-то? — за смеялся конюх Ульян Трофимович. — По-моему, у вас дак одни полудурки! Уж не ты ли, Дося, умный то?

Дося, смутясь, оглянулся на своих и утер черную от загара лысину, кхекнул.

— Раз вам морды еще не порасквасили, оно, может, и правда, полудурки, — резонно заметил он. — Да вы моего постояльца видали?

— Мы бы и тебя не видали, — отмахнулся Ульян.

— А вы поглядите да послушайте!

— Эка невидаль! Тебя, что ли?

— Да постояльца моего, олухи! Небось сразу б своему барину шею согнули! Он человек расейский, ваших кровей, а эвон дошлый какой! Не вы, по-рабскому угнетенные…

И вдруг осекся на полуслове, втянул голову в плечи и быстренько нырнул в толпу. Говор и шум разом оборвались. Андрей глянул туда, куда смотрели все, и озноб свел кожу на темени…

Ленька-Ангел остановился между толпами, с блаженной улыбкой поглядел на одних, на других, воздел палец кверху и уже глаза закатил, словно петух, прежде чем кукарекнуть, но тут увидел впереди мальчика, который гонялся по стерне за бабочкой.

— Пошли со мной! — потянул в сторону. — Ой, что-то покажу! Анделы там..

Баба, что крестилась, закричала, запричитала, у свободненских возник переполох, а мальчик громко заплакал и пошел за Ангелом.

— Куд-да?! Куда ты его, ирод?!

— Дак на небушко! — сказал Ленька. — Покажу да отпущу!

Рыжов вырвал у него ребенка и, гневно оглядываясь, ушел к своим. А Ленька подхватил полы тулупа и побежал вдоль штанины — только пятки засверкали.

А там, где он пропал из виду, вдруг показались два всадника. Андрей узнал отца и Прошку.