Кошка в сапожках и маркиз Людоед

Плохо спали? Может, стоит попросить у месье Ферета успокоительных капель?

- Не заговаривайте мне зубы, Кэт, - перебила она меня ледяным тоном. – Я желаю знать правду.

- Господи, да что вы переполошились? – я взяла ещё одну гренку. – Повторяю: ничего не произошло. Возьмите гренку…

- Это после того, как вы двое там заперлись, - перебила меня госпожа Броссар, - и возились, стонали и дышали так, что было слышно на весь дом?

- Может, просто кто-то подслушивал под дверью? – предположила я, стараясь выглядеть как можно невозмутимее.

Похоже, до весны в Шанталь-де-нэж найдётся, о чём посплетничать.

- Не было необходимости, - заверила меня госпожа Броссар. – Вы так расшумелись, что впору было вызывать священника. И совсем не для изгнания демонов.

- Послушайте, - начала я решительно, - если вы считаете меня охотницей за богатствами вашего хозяина, то уверяю, что ни его деньги, ни он сам…

- Вот этого я и боюсь! – сказала она веско и даже взялась за край стола обеими руками, подавшись вперёд. – Кэт, прошу вас по-человечески.

Я со стуком поставила чашку на блюдце.

- Ценю вашу заботу о месье маркизе, - сказала я холодно, - но не находите, что вы его как-то рано похоронили. Ему ещё не поздно радоваться жизни. И вы не допускаете, что он уже достаточно взрослый мальчик, и сам вполне может отвечать за свои поступки?"

"- Небеса милосердные! – госпожа Броссар молитвенно подняла руки.

- А о чём же? – теперь я подалась вперёд, точно так же, как она только что. – Пытаюсь вас понять, но никак не могу.

- Мне кажется, вам надо переехать, - сказала она уже тише. – Сегодня же.

- Я не могу оставить Марлен, - возразила я.

- Вы можете приходить сюда и заниматься с нею, - тут же подхватила госпожа Броссар, и стало ясно, что она уже давно всё обдумала.

- Какая разница – буду я жить здесь или приходить сюда? – поинтересовалась я, не торопясь ни отказываться, ни соглашаться. – Если у месье маркиза такие чувства, такие чувства, - я закатила глаза, показывая, насколько верю чувствам мужчин, - то мой переезд к вам ничего не изменит.

- Изменит, - не сдавалась госпожа Броссар.