Кошка в сапожках и маркиз Людоед

Сколько эмоций из-за простого лакомства…

Себе я тоже положила «Винартерту» на блюдце, и первой отправила в рот кусочек. Следом за мной начала есть торт Марлен, и на её румяной мордашке сразу же появилось блаженное выражение.

- Вкусно? – спросила я с улыбкой. – Торт называют «Полосатая леди», потому что когда его придумали, в моде были полосатые юбки. Странный фасон, но…

- У меня была такая юбка, - заявила вдруг госпожа Броссар, глядя на торт, что я поставила перед ней. – И это было очень красиво. И не так вульгарно, как юбки, из-под которых видны колени.

- Если вы обо мне, то колени не видны, - сказала я. – Не преувеличивайте.

Она вздохнула и взяла ложечку, отломила маленький кусочек торта и попробовала. Я незаметно следила за ней. Не так просто волшебная книга посоветовала мне приготовить «Винартерту». Что же за секрет в этом торте?

Госпожа Броссар медленно пережёвывала первый кусочек, проглотила, а потом коротко сказала:

- Вкусно.

Марлен уже расправилась со своим куском, и я положила ей ещё.

- Очень вкусно, - повторила госпожа Броссар. – И вкус совершенно тот же. Спасибо.

- Вы уже пробовали «Винартерту»? – поинтересовалась я осторожно.

- Да, - ответила она, глядя задумчиво на бело-чёрный полосатый разрез. – Такой торт привозил мой несостоявшийся жених на нашу помолвку.

- Понятно, - сказала я, потому что надо было что-то сказать.

- Мне надо извиниться перед вами, барыня Ботэ, - госпожа Броссар покрутила ложечку, а потом отломила ещё кусочек торта. – Я решила, что вы насмехаетесь надо мной.

Марлен следила за нами округлившимися глазами, и я незаметно сделала ей знак молчать и сказала:

- Если вы о господине Гаспаре, то мне уже всё рассказали. Но я, действительно, не знала, что торт напомнит вам об этом человеке.

- О мерзавце, - ровным тоном поправила меня госпожа Броссар. – Вы же любите говорить правду в глаза, так и сейчас не стесняйтесь.

- Ещё чаю? – предложила я, промолчав насчёт моей любви к правде.

Совершенно неожиданно я получила извинения, почти нормальный разговор от госпожи Броссар, да ещё и комплимент насчёт моего правдолюбия, и мне стало немного совестно.

- Наливайте, - согласилась она, и я снова наполнила её чашку. – Пусть Гаспар оказался предателем и лжецом, - продолжала госпожа Броссар, - это не повод отказываться от такого торта.

- Возможно, лучше не высказываться так категорично при ребёнке? – сказала я углом рта.