Ло. Лётная школа

Коротко подстриженные волосы слегка вьются от влаги. Нос, как нос. — Ничего я не деру.

— Не знаю, вид у тебя нахально-вызывающий. Барышни такого не любят, — впал своеобычно в теоретизирование Изя, — они любят таких, как Кей-Мерер или Эспозито. Два метра, косая сажень, кубики на прессе, улыбка на зубах. Шкаф. С таким самцом приятно пройтись под ручку. Если к этим обвесам добавить деньги, приличные манеры, титул или воинское звание, то…

— А Ваня? — я улыбнулась. Дверь здания со скрипом отворилась в рыдающую непогоду. Я растянула над нашими головами дождевик.

Все же я выше приятеля, мне удобнее. И Кацману плевать вечно на атмосферные неприятности. — Ты про Ванечку забыл.

— Не. Не вариант. Иван для этих дурочек слишком громадный. Потеряет их в постели или, того хуже, раздавит нафиг, — компетентно высказался толстяк, шагая прямо по лужам. — Ему нужна женщина других габаритов. Баба.

— А ты сразу прикидываешь постель? — я ловко перескакивала через моря и реки на погибающем футбольном поле. Мы направлялись к казарме Второй эскадрильи.

— А что мне еще прикидывать? — удивился парень, — долго и счастливо?

Я поспешно кивнула. О чем это я, действительно?

— Так, — я остановилась под мокрым кленом. Пятипалая щедрая листва спрятала нашу парочку от окон казармы. — Иди и раздобудь нам транспорт.

— Но, — испугался Изя, — я думал, что ты…

— Я иду к Ивану за деньгами. Машина с тебя.

Я не стала дожидаться дальнейших словесных конвульсий, пошла к дверям. Не оглядывалась.

Я намеревалась ограбить побратима. Наверное, следовало попросту попросить у него денег в долг.

Но тогда неминуемо пришлось бы ответить зачем. Ваня — не тот человек, что расстается со своими кровными без вопросов. Так исторически сложилось, что я знала, где хранится его НЗ. В кармане старого пятнистого баула под койкой. Я аккуратно повесила куртку на спинку стула сушиться и нырнула под кровать."

"Неназываемый! Что хранит здесь большой человек Иван? Камни? Боеприпасы? Я пыталась сдвинуть с места сумку. Ноль. Кряхтела и пыхтела, ощупывая брезентовые карманы.

Отправила мысленно большущую благодарность местному уборщику. В подкроватной темноте пахло яблочным дезодорантом и чистотой.

— Послушай, Ви!

— Нет, ты послушай, Кей!

Дверь в комнату комэска открылась и вернулась назад. О-па! Я затаила дыхание. Только не это! Неужели у них свидание? Неназываемый! Только не на этой кровати!

Пара знакомых сапог. У меня самой такие же. Промокшие замшевые лодочки втиснулись в интимное пространство между сапогами.