Логика выбора

Надо выждать, когда обстановка прояснится!

– Золтан Зупп явился на службу? – спросил он у молчаливого и неподвижного, как статуя, адъютанта.

– Нет, старший соратник. Ведь сегодня День Свободного Народа!

– Установите местонахождение всех четверых и мне доложите!"

"Адъютант хотел спросить, как он сможет отыскать четвертого, личность которого неизвестна, но, взглянув на каменное лицо начальника, решил этого не делать и ограничился обычным в таких случаях ответом:

– Есть!

* * *День Свободного Народа отмечался широко и с размахом.

На его проведение не жалели ни средств, ни времени, ни ресурсов. С самого раннего утра на улицах гремела музыка, слышались смех, пение, произносились рифмованные речевки. На десятках специальных площадок проходили митинги, на которых выступали руководители районов и активисты, по главным магистралям двигались праздничные демонстрации. К середине дня в скверах и на площадях накрывались не очень богатые столы, с бесплатным угощением и даже скромными порциями браски.

Все мероприятия проводились на улицах: ликование должно быть всенародным и для всех очевидным.

Оставаться в этот день дома не рекомендовалось: кто проверит – искренне ли радуются жители, забившиеся в свои норки! Зато приветствовались коллективные мероприятия: например, выезды на природу.

Я стоял у большого рыжего автобуса и, поглядывая на часы, нехотя отвечал на вопросы не в меру любопытного водителя: куда едут жители заброшенного поселка, да зачем им чемоданы и баулы, да почему они не веселятся, как все? Улыбаясь, я придумывал наиболее правдоподобные ответы, а сам оценивал обстановку: в салоне уже находилось двадцать девять кандидатов, время вышло, и ожидать остальных шестерых не имеет смысла.

На такие серьезные мероприятия не опаздывают, это не праздничный пикник… Значит, они передумали! Я в последний раз взглянул на часы и бросил водителю:

– Поехали, опоздавших не ждем! Маршрут вам известен…

Автобус ехал по промзоне мимо заброшенной шахты, опустевший поселок которой мы и использовали в качестве временного лагеря-накопителя.

Грунтовая дорога в выбоинах и рытвинах, кругом засохшие деревья – черные, с высохшими ветвями, напоминающими жадные руки. И ни одной живой души – когда-то из-под земли выходил ядовитый газ и эти места пользовались дурной славой.

Через несколько километров начиналась другая заброшенная шахта со своим поселком, возле которой стоял такой же автобус, только зеленый. Мы остановились рядом, я вышел и заглянул вовнутрь.