Любовь в награду

Он не стал подписывать письмо, понимая, что это все равно, что подписать себе приговор.

Глава 22

Дни, оставшиеся до дня подарков и рождественской пантомимы, прошли в суматошном шитье костюмов, поскольку Элайза, как и обещала, отдавала почти все свободное время миссис Снид в обмен на разрешение оставить готовые ливреи лакеям лорда ла Вея.

Рождественские пудинги были приготовлены задолго до праздника. А еще она планировала порадовать слуг жареным гусем.

Ла Вей собирался провести Рождество с графиней и графом Ардмей.

В последнее время Элайза почти не видела его. Звонок для вызова экономки молчал.

В веселый праздничный день слуги украсили дом зелеными ветками, а вечер провели в кухне за неспешной беседой и вкусными угощениями. Каждый выпил по бокалу горячего вина.

Элайза разрешила слугам пораньше отправиться спать, поскольку Ла Вей уехал на всю ночь, а сама она с нетерпением ждала вечера, чтобы почитать Джеку. Потом и она почитает что-нибудь увлекательное.

Она пришла в свою комнату, испытывая приятную сытость и раскрасневшись от вина.

Элайза медленно направилась к письменному столу.

И вдруг, словно наблюдая за происходящим откуда-то со стороны, она увидела, как ее рука берет щетку для волос…

Щетка не исчезла и не снилась ей. Более того, щетка была перевязана красивой красной шелковой лентой.

Элайза упала на стул, ее сердце засияло в груди, как солнце.

– Откуда он узнал? – прошептала она и тихо и удивленно засмеялась."

"Она бережно подняла знакомую и такую любимую щетку, держа ее в руке так, словно это была его рука. Вскоре инициалы на ручке щетки оказались залитыми слезами.

Она провела рукой по глазам. И только сейчас увидела маленькую коробку с надписью: «Для Джека».

Элайза шмыгнула носом.

– Джек, любовь моя, тут для тебя подарок от лорда ла Вея! – крикнула она.

– Для меня?! Ура-а-а! – Мальчик схватил коробку и плюхнулся в постель, собираясь открыть подарок.

Она едва не пропустила мимо внимания адресованное ей письмо.

Элайза узнала почерк – ее сердце замерло, конечности обмякли.

Несколько мгновений она пребывала в уверенности, что у нее недостанет сил распечатать письмо. Она боялась того, что может прочитать в нем. Боялась неприятного известия или новых обвинений.