Любовь без поцелуев (СИ)

– Какая разница, кто мы? Мы те, кто победил, – Стас гнал машину сквозь влажную, горячую темноту. – И война закончилась.

Теперь мы сидели друг напротив друга, кто был за рулём – я вообще не видел. В машине, кроме нас со Стасом, сидели Спирит и Игорь, и Вовчик, и Банни с Рэем – все непохожие сами на себя, но я знал, что это они. В машине не было крыши, с неба светили низкие тропические звёзды, каждая была воздушным шариком, наполненным светящейся радиоактивной водой, они были зацеплены за небо из чёрного бархата. Если бы я встал, я бы мог достать до одного из этих шариков.

Я тоже пил шампанское.

– Война закончилась, – довольно проговорил Вовчик, – и мы все живы, и фюрер мёртв.

– Как он умер? – я знал ответ.

– Он сам умер, – конечно, Вовчик мне не сказал. Стас улыбнулся.

– А интернат?

– Там случился взрыв. Они не должны были хранить боеприпасы в котельной. Ты же знаешь, что котельную топили трупами, чтобы была горячая вода?

– Нет, я не знал…

– Но нам нужна была горячая вода, – это уже сказала Банни, она была во всём красном и почему-то с красными волосами.

– Да, – Стас обнимал меня, его глаза светились, как радиация, – нам никак нельзя было без горячей воды. Но теперь война закончилась и мы победили. Терпеть не могу шнапс, он пахнет туалетным мылом, я бы никогда не тронул тебя, но ты не должен больше так рисковать собой.

…Я проснулся и лежал в темноте, сбросив одеяло, пытаясь остыть. Ненавижу сны, в которых есть какой-то длинный, абсурдный, запутанный сюжет.

Я встал, нашёл в маленьком холодильничке номера бутылку минералки, посидел, прижимая её к виску. Попил, стараясь не разбудить Спирита и не объясняться, почему я тут брожу, как кентервильское привидение. Мне сейчас только сеанса психоанализа не хватает.

«А Стасу не снятся сны», – вспомнилось мне, когда я опять залез под одеяло. В такие минуты я ему завидовал.

Больше ночью мне ничего толком не снилось.

На следующий день мы выехали в Германию.

Лагерь Дахау я смотреть не пошел, справедливо полагая, что тронусь рассудком, особенно после всего, что рассказал и показал мне Спирит. У него всё это вызывало почти религиозный экзтаз, он заявил, что в будущем просто обязан посетить все нацистские лагеря смерти.

– Как тебе это может нравиться! Тут же убивали людей, понимаешь? Твоих родственников! И нас бы убили тоже.