Единица безумия

– Кто тебя на эту тему зарядил? – чужим голосом спросил Рысь, устав слушать вопли Ловягина.

– Отвечай! – велел Янис.

– Фил… Не я, это. Не Рысь. Левое дело! Не по понятиям! Это не заказ, это личное! Не по бизнесу! Кто-то из своих! Личное это!

– Еще раз скажи! Отчетливо! – Андрей шагнул ближе.

– Не Рысь… не он… он бы никогда… гнилое дело…

Андрей хотел выдохнуть от облегчения, но не смог. И вдохнуть не смог. Все внутри странно закаменело. Поняв, что ни вдохнуть, ни выдохнуть здесь не получается, бросился на улицу.

Там он часто задышал и успокоился, когда почувствовал, что грудь свободно наполняется воздухом.

– Привыкай, Андрюша, – сказал Янис, подходя к нему и предлагая сигарету. – Или ты, или тебя. Такие в нашем мире волчьи законы. Иногда на ужин приходится есть человечину.

– И не страшно тебе по таким законам жить? – Андрей взял сигарету осторожно, боялся, что друг заметит дрожь в его пальцах.

Майер глубоко затянулся и медленно выпустил дым.

– Не я их придумал.

Едва заметно кивнув, Андрей замолчал.

Молча они докурили. Потом Даня оттеснил брата от водительского места и сел за руль. Янис устроился сзади рядом с Андреем и, достав телефон, набрал номер Виктора Олеговича.

– Будь спокоен, отец, все выяснилось. Прости за сомнения. Мы куда? – усмехаясь, посмотрел на Андрея. – Стресс снимать.

Андрей забрал у него трубку.

– Все хорошо, папа. Буду поздно. Наверное, завтра. Отдыхай. Потом поговорим…

Меньше чем через час они сидели в кабинете у Дани, в уютном полутемном помещении, но Андрей все еще не чувствовал ног.

Он не спрашивал, зачем Ваня остался и что будет с Лавой. Не хотел знать. Даниил молча выгребал из шкафа стопки, Янис выставлял бутылки с виски, водкой и абсентом.

– Слушай, я в эту игру уже сто лет не играл, – рассмеялся Андрей, глядя на заставленный алкоголем стол. – Мы так в хлам нажремся.

– Угу, как в старые добрые времена. Так и надо в хлам. Столько напряга в последнее время, – смехом поддержал друг.

– Меня отпускает уже от одного взгляда.

– А меня еще нет.

– Как ты понял, что он врет? – спросил Даниил, разливая алкоголь по узким рюмкам.

– Эники-беники ели вареники, вышел на палубу пьяный матрос… у меня водочка… – Янис щелкнул пальцами, влил в себя водку и отставил пустую рюмку в сторону. – Знаю, потому что я там был. Не домой отец шел, а из дома. Он уже вернулся домой и вышел снова. Я его на пороге встретил и стал просить мороженое. За мороженым мы пошли. Если б Лава отца расстрелял, он бы знал, что там был мальчик.