Единица безумия

Будет только так, как мне удобно. Не знаю, на что ты рассчитывал, когда в такое вписался.

Зек чуть поднял подбородок, посмотрев на Андрея:

– А это кто? Только тебе скажу. Это было мое условие.

– Я тебе, урка, сейчас безо всяких условий башку снесу, – спокойно ответил Майер. – Пикнуть не успеешь. Наверное, так даже лучше. Нам спокойнее.

– Ладно, – притих Лава, – браслеты сними и жратвы нормальной дай, тогда разговорюсь.

– Ты не в том положении, чтобы торговаться. Не испытывай мое терпение. Расскажи нам свою сказочку, потом получишь нормальную жратву.

– Мож, и бабу тогда?

– Может, и бабу.

Противная ухмылка расплылась по узкому бледно-синюшному лицу:

– Папашу твоего Рысь заказал. Я твоего папашу самолично грохнул. Рысь заказал, а я грохнул.

Андрей похолодел от услышанного. Боль, похожая на гастритную, зажгла желудок. Даня, стоящий рядом, вполголоса выматерился.

– Почему? – продолжал расспросы Янис, стоя прямо перед Лавой, спиной к ним. Андрей не видел его лица, но все бы отдал, чтоб сейчас взглянуть в глаза другу.

– Мне нет разницы – почему? – снова заскрипел зек. – Какие у них дела и что они не поделили, вам лучше знать. Это ты у Рыся спроси, почему он решил лучшего друга завалить.

– Как?

– Да с «макарова» расстрелял. Подъехал на машине. Ждал его. Знал, когда он домой будет возвращаться. Как дождался, так и выпустил в него половину обоймы.

– Это все, что ты можешь сообщить?

– А что еще надо?

– Ты забыл про контрольный в голову.

– Не забыл. Это само собой.

Андрей слушал, что говорит Лава, и дрожь шла по позвоночнику. На минуту он ощутил полную беззащитность перед этим гнусным зеком, бросающим эти чудовищные слова.

– Ну? Я тебе все сказал, – занервничал Лава.

– Все да не все. Уточнить кое-что хочу. Как говоришь все было? Отец домой возвращался?

– Домой. К подъезду шел.

– Странно, да? Без охраны, получается был.

– Мне сказали, будет без охраны, так и случилось. Я все тебе сказал, – снова повторил как заклинание.

– Больше не помнишь никаких подробностей? – не отступал Янис.

– Костюм на нем был серый, рубаха белая.

– Один?

– Один, говорю же. Без охраны. Узнал, что хотел?

– Узнал.

– Обрадовал я тебя? Как насчет того, чтобы меня отблагодарить? – ухмыльнулся.

– Я всем воздаю по заслугам, и ты свое получишь. Ваня, дай… – холодно сказал Майер и протянул руку.

Иван вложил биту в раскрытую ладонь, и Лава тут же перестал ухмыляться.