Эркюль Пуаро

– Может быть, потому, что когда два года назад я сидел в клубе одного моего приятеля и очень неважно себя чувствовал (я не люблю воздушных налетов, я не смельчак, хотя мне и удается скрывать это), так вот, я говорю, когда я сидел в курительной клуба моего приятеля с отвратительным чувством вот здесь, – Пуаро выразительно погладил свой желудок, – там что-то бубнил клубный надоеда, добрейший майор Портер. Он рассказывал длинную историю, которую никто не слушал, кроме меня. А я слушал потому, что хотел отвлечься от мыслей о бомбах, и потому, что факты, о которых он рассказывал, показались мне интересными и наводящими на размышления.

.. И я еще тогда подумал о возможных последствиях той ситуации, о которой рассказывал майор. И теперь действительно кое-что произошло.

– Но нечто неожиданное, да?

– Наоборот, – возразил Пуаро. – Произошло именно то, чего можно было ожидать, и это само по себе является примечательным.

– Вы ожидали, что произойдет убийство? – недоверчиво спросил Спенс.

– Нет, нет, нет!.

. Но жена вторично выходит замуж. Существует возможность, что первый муж жив? Да, он жив. Он может появиться? Да, он появляется. Значит, вероятен шантаж. Он и имел место. Есть возможность заставить шантажиста молчать? Ma foi[76], его заставили замолчать!

– Ну, – сказал Спенс, с некоторым недоумением глядя на Пуаро, – я полагаю, все эти дела происходят примерно одинаково. Это обычный вид преступления – шантаж, приведший к убийству.

– Вы хотите сказать – банальный? В общем-то вы правы. Но данный случай интересен, потому что, видите ли, – безмятежно сказал Пуаро, – в нем все как-то.

.. нетипично.

– Нетипично? Я не понимаю, почему вы так считаете.

– Потому что в нем нет ничего... как бы это сказать... ничего такого, что имело бы правильные очертания...

Спенс удивленно смотрел на Пуаро.

– Старший инспектор Джепп, – заметил он, – всегда говорил, что у вас уклончивые суждения. Дайте мне хоть один пример того, что вы называете неправильным.

– Ну, умерший человек, например. Он совершенно неправильный.

Разве вы этого не чувствуете? Ну да, может быть, у меня богатое воображение. Тогда возьмем такой пункт: Андерхей прибывает в «Олень». Он пишет Дэвиду Хантеру, Хантер получает письмо на следующий день... наверно, за завтраком.

– Да, это так. Он говорил, что получил письмо от Ардена в это время.

– Это было первое сообщение – не правда ли? – о прибытии Андерхея в Вормсли Вейл. И что же он делает прежде всего? Спроваживает сестру в Лондон...