Кубанский огонь

И многие, очень многие ввязались в дело не чтобы землю бурить, а чтобы взять участок, а потом его перепродать с выгодой.

– И что? – не понял статский советник.

– Таких дельцов не счесть, их у нас называют столбопромышленниками. Вбил колышек, и сиди жди, когда к тебе богатый иностранец придет. Сбросил землицу, выручку в новый участок вложил, и так раз за разом. Пачкаться не надо, тратить капиталы на разведку и бурение не надо, а прибыль валит. Подобных спекулянтов тьма, и как поймешь, играют в эти игры подозрительные нам личности или нет?

– Надо просмотреть все выданные заявки, составить полный перечень дельцов, – ответил Лыков.

 – Вы же сыщик, в первый раз, что ли? Расскажите лучше еще про агентов. Много таких в городе?

– Много. Но есть среди них особенно важные. Например, Леопольд Луич Андрейс. Он ответственный агент чуть не дюжины обществ. Ловкий, черт разберет его наклонности, преступные они или нет. Может, это Андрейс заказал поджог, хотел конкуренту подкузьмить?

– Логично.

Тимошенко ободрился и продолжил мысль:

– Агентам этим платят огромное содержание.

Как у министров, говорят. И у каждого собственный выезд. О как!

– Но про приезжих мы не знаем… насчет их наклонностей, – добавил Александр Петрович. – Кто они, откуда взялись – темный лес.

Лыков поднял руки в знак согласия:

– Понял вас. Тогда расширим поиски богача и при этом упростим задачу. Вы сейчас составите свои списки подозреваемых. Из числа тех, чьи моральные качества вам известны. Четыре списка: каждый из надзирателей плюс начальник отделения.

Вносите туда всех, у кого дурная репутация. Был в чем-то замечен, пойман и отпущен, не в ладах с законом. Необязательно, чтобы это были нефтяные дельцы. Любые, здешние, но богатые и неразборчивые в средствах. Ведь вдумайтесь: тот икс, назовем его пока так, нанял головореза Вариводу. С рук которого людская кровь скоро ручьем будет литься. Вполне возможно, что икс и укрывает атамана. В своем доме, куда полиции хода нет.

Сыскные только мотнули головами.

– Потом мы сверим все четыре списка.

Только чур, когда сочиняете, друг у друга не списывать. Если окажется, что один и тот же человек есть в большинстве списков, то он – главный подозреваемый.

Кубанцы расселись за свои столы, вооружились бумагой и карандашами и начали чесать головы. Командированный сидел на подоконнике и следил, чтобы никто не запускал глазенапа. В итоге составление «черных списков» заняло четверть часа. Больше всех фамилий вспомнил Тимошенко: аж двенадцать человек.