Кубанский огонь

Корж хотел незаметно убрать посудину, но Лыков попросил себе пендюрочку, и застолье продолжилось. Однако настроение у сыщиков было рабочее. Тимошенко доложил, как шел допрос Шепеля. Кучер, похоже, обиделся не только на «ивана», но и на своего родственника. Он сдал Довгило с потрохами. Беглый аферист не просто реализовывал фальшивые банкноты и укрывал шайку разбойников. Он ею фактически руководил, на пару с Семафором. Так, именно Довгило задумал ограбление аптеки Кранцфельда, когда вооруженные бандиты забрали кассу и несколько флаконов с ядом.

Тот же шуринец[55] организовал нападение на недавно построенную баню Виноградского. Ворвались пятеро с револьверами, лица у них были вымазаны сажей. Пальнули в управляющего, но не попали. С перепугу тот отдал им всю выручку. Рядом стоял богатый ссыпщик Макловари, у которого было при себе четыреста тридцать пять рублей – обчистили и его.

– А что насчет связи Довгило со Шкуропатом? – спросил Лыков.

– Отнекивается, – сообщил надзиратель. – А когда узнал, что Семафора шлепнули, не стал скрывать своей радости. Теперь свидетелей нет.

Алексей Николаевич рассказал о встрече с начальником артиллерии Кубанского войска. Сообщение, что погреба не могут являться целью диверсии, сыщики встретили в штыки.

– Двадцать девять тысяч снарядов ему мало? – кричал Корж.

– Бабыч прямо указал нам на погреба, – напомнил начальник отделения. – Ему виднее. Генерал-лейтенант думает за всю область, а не за количество комплектов огнеприпасов.

Один лишь Азвестопуло отнесся к мнению артиллериста с должным вниманием. Он заявил, что надо еще раз объехать все важные городские объекты: станцию водопровода, мост через Кубань, нефтеперегонные и винокуренные заводы, склады легковоспламеняющихся товаров, электростанцию, хлебные элеваторы.

– Мы ищем Вариводу, у которого в руках какое-то зажигательное оружие. Мост или элеватор не сожжешь.

– Как знать? – ответил грек. – Если по мосту будет в это время проходить поезд с керосином? А элеваторы и сами иногда загораются, если неправильно хранить зерно. Там, где сегодня крутили вентиль, вообще самое пожароопасное место в городе.

Лыков на правах старшего приказал:"

"– Господа, новое поручение.