Крепкий орешек

 — Здесь очень глубоко, — пояснил он, — но, к сожалению, все же недостаточно глубоко для «Марии-Белинды»… Вообще-то яхта называлась по-разному, но после развода с третьей женой я перестал заниматься переименованиями. Поэтому, хотя реальная Мария-Белинда уже не присутствует в моей жизни, имя ее осталось со мной.

Катер бесшумно подрулил к борту яхты. Яркие звезды отражались в искрящейся морской волне.

— Это моя самая любимая из моих игрушек, — по-мальчишечьи похвастался Карни, поглаживая борт судна.

После экскурсии по палубе, Карни пригласил гостью в «главный салон» — большую каюту, любовно и со вкусом оформленную в кремово-зеленых тонах.

— У меня ощущение, что я смотрю какой-то фильм, — призналась Маргерит. — Это настоящий плавающий дворец!

Карни рассмеялся.

— Вы не видели других яхт, которые стоят на причалах возле Корфу. По сравнению с ними моя показалась бы вам игрушечной. Но я еще не показал вам мои апартаменты.

Все еще улыбаясь, Маргерит проследовала за ним через дверь по коридору, устланному ковровой дорожкой бледно-кремового цвета.

Карни открыл перед ней дверь. В отличие от салона эта каюта с ало-красными стенами была убрана в роскошном восточном стиле — с тахтой вместо кровати, с миниатюрной лакированной мебелью и великолепно расписанной узорчатой ширмой.

— Я бы сказала — верх сибаритства, — заметила Маргерит.

— Да, после развода с третьей женой я решил оформить ее со всей возможной роскошью. Вам нравится?

Маргерит насторожилась: в тоне и в выражении глаз Карни было нечто, не позволяющее ей доверять ему до конца.

— Такое убранство способно поразить воображение любого, — ответила она, бочком двигаясь к двери. — Но мне кажется, это место слишком интимное для того, чтобы решать деловые вопросы.

— Это как посмотреть! Я могу предложить вам очень выгодный контракт, Маргерит…

— В обмен на?.. — ничего не выражающим тоном спросила она.

Маргерит разозлилась — и не столько даже на Карни, сколько на саму себя.

— Ну зачем же так грубо, дорогая моя! — Карни расцвел в улыбке. — Мне не так уж много от вас надо, и вы, я полагаю, прекрасно это осознаете.