Красавица и Ректор: расколдовать любой ценой

Я буквально спиной почувствовала, когда ректор Стортон поравнялся с нашим столом. Сидящая напротив Ирма замерла, не донеся ложку до рта.

— Танг, — проговорил ректор Стортон. — После завтрака зайдите ко мне.

Ирма уронила ложку на каменный пол, и громкий звон прозвучал в воцарившейся тишине, как выстрел. А ректор Стортон невозмутимо продолжил идти к выходу.

«Что?»

«Так это правда?»

«Что за дела у него с Танг?»

«Вот же потаскушка, на всех ее хватает!»

«А ты что, не знаешь?..»

Я встала и направилась к дверям, чтобы спрятаться от несущихся мне в спину шепотков и от острых взглядов.

— Унни! Унни, подожди! — воскликнула Ирма, поднимаясь следом и спотыкаясь о платье. — Да стой же!

— Питерс, куда ты? Твоей подружке сейчас не до тебя, — выкрикнул мужской голос, и кто-то засмеялся. — Ей больше нравятся те, у кого есть что-то между ног.

— А ну замолчи, ты!.. Хватит говорить такую… грязь!

Я, хоть и не оборачивалась, как наяву увидела удушливо покрасневшие щеки Ирмы и то, что ее мелко затрясло от злости и волнения.

Увы, ни я, ни Ирма, не могла ничего сделать против злословия.

Оставалось только идти вперед с поднятой головой, как будто нас это не касается.

— Ирма, понимаешь ли, — прозвучал холодный женский голос, — ему только говорить и остается.

Обернувшись, я впилась взглядом в спокойное и немного надменное лицо Лауры Уортон. Она говорила медленно, рассматривая свою ладонь, затянутую блестящей перчаткой, как будто все остальное ее не волновало.

— Все, что перепадает нашему Ирвину в любви и всех ее оттенках, — это наблюдение за утехами кошек в марте.

Я открыла рот от удивления, а потом фыркнула.

— Нет, Лаура, — внезапно откликнулся Томас Морвель из другого конца зала. Ох, низвергнутый его утащи! Сейчас ведь как скажет что-нибудь… Но Томас меня удивил. Он промокнул губы салфеткой и произнес: — Ты просто не в курсе, что Ирвин также очень дружен со своей правой рукой.

Эту шутку даже я поняла не сразу, а остальные девушки и остались в недоумении, зато парни захохотали так громко, что я подпрыгнула от испуга.

Сидящий рядом с остроязыким Ирвином парень отвесил ему подзатыльник, кто-то засмеялся, а Лаура мне подмигнула и одними губами проговорила: «Иди!»

Ох, чувствую, если это дойдет до ушей ее компаньонки — Лауре не поздоровиться.