Корсар

Или потом, когда сидел на кухне, выкуривая одну сигарету за другой, и ворочал гнилую память, шипя от почти физической боли.

— Я люблю тебя, — говорит, устраиваясь на коленях удобнее. — А это всё пройдёт. Только...

— Что?

Глажу её по волосам, ладонью впитывая её тепло, а Ева хмурится, о чём-то размышляя.

— Да ладно, неважно. Не обращай внимания.

— Как скажешь. — Целую её в лоб, вдыхая аромат весны и надежды, а на сердце вдруг становится спокойно и тепло.

— Включи всё-таки эту шайтан машину, — просит, высвобождаясь из объятий.

* * *Ева отнимает трубку от уха и бросает телефон на диван.

— Что стряслось?"

"— Ира не отвечает, я уж раз десять и ей звонила, и родителям её, и в соцсети писала, но в ответ — тишина. Как провалилась куда-то.

Ева расстроена и зла одновременно, а мне такое не нравится.

— Волнуешься?

Кивает и задумчиво смотрит куда-то в сторону.

— Я поеду к ней на квартиру, — говорит, хлопая себя по коленям. — Мало ли что случилось. Надо всё проверить.

— Сама ты никуда не поедешь. — Она открывает рот, чтобы что-то сказать, поспорить, а я отрицательно машу головой, пресекая всякие возражения. — Не спорь, потому что, если Урод где-то рядом, одна ты туда не сунешься.

— Да ну… Что ему там делать? Она ж с его сыном встречается, не с ним же.

— Это ясно, но всё равно.

— Может, всё-таки я сама? — заглядывает в глаза робко, а я улыбаюсь.

— Боишься, что вдруг увижу его, не выдержу и убью? — усмехаюсь, глядя как Ева стремительно бледнеет. — Не бойся, постараюсь держать себя в руках. Так что не паникуй раньше времени, я не такой уж конченый псих.

Она хмурится, но потом всё-таки соглашается и идёт одеваться.

А я думаю про себя о том, смогу ли на самом деле сдержаться, если увижу его? Загадка.

Никогда в этом никому не признаюсь, но Ева мне нужна сейчас, чтобы окончательно с катушек не слететь и не утонуть в слепой ярости.

И да, будь я проклят, но в глубине души хочу его увидеть.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍38. Ева

Пока собирались, я набирала номер Иры, наверное, десятки раз, но так и не получила ответа. Механический голос твердил о недоступности абонента, а в груди сжимался предательский комок беспокойства.