Копейщик

Возле каждой парты стоял ящик с песком, будто это был не учебный класс, а склад горючих материалов. Ольха невольно хмыкнула, она предвкушала, что будет весело.

Дверь класса отворилась, и в помещение ввалился Хухля, первый и пока единственный знакомец Ольхи в Академии, если, конечно, не считать пятиминутного разговора с ректором. Хухля бесцеремонно уселся рядом с Ольхой за одну парту, хотя все остальные были свободны.

— Так ты будешь учиться в нашей группе? — спросил он, — Вот здорово! Хочу посмотреть, на что ты способна.

— А с чего ты решил, что я на что-то способна? — спросила она с подозрением.

— Ха, да про тебя только и разговоров…

Хухля понял, что сболтнул лишнего, смутился и замолк. Ольха уставилась ему в глаза и приподняла бровь, давая понять, что ждет объяснений.

— Ну, все уже знают, что тебе дал протекцию сам князь Верес, — Хухля пожал плечами, — Да, и я не слепой, видел у тебя на запястье волка в короне.

Такого осложнения Ольха совершенно не ожидала. Все ее задачи содержали необходимое условие оставаться незаметной, или, по меньшей мере, не привлекать внимания.

— А что еще говорят? — спросила она.

— Некоторые думают, что ты высокородная княжна, но большинство считает, что ты, скорее всего состоишь у князя на службе, а туда попадают только люди с особыми способностями.

— И ты тоже так считаешь? — спросила она довольно резко, будто бы такое предположение ее обидело, — Вот что, Хухля. Я на самом деле нареченная княжна. А на службу князь несовершеннолетних не берет, что бы там твои приятели ни говорили.

Ольха уставилась прямо перед собой и замолчала. Сейчас она умудрилась не соврать, по крайней мере напрямую, но опасалась, что продолжение этого разговора вынудит ее отвираться. А ее учили, что любая ложь однажды непременно выйдет боком, а потому, если не может сказать правду, помолчи. Вообще, князь действительно не принимал в порученцы до пятнадцати лет, Ольха оказалась редким исключением. Но знать об этом Хухле или еще кому-то в академии было совершенно ни к чему.

Хухля тоже замолк.

"Преподаватель нейтрализации Франсуа Семенович, надо отдать ему должное, умел увлекательно подать такой, казалось бы, сухой учебный материал. Он явно гордился тем, что был выходцем со Старшей Сестры и постоянно сыпал неизвестными поговорками и словечками на незнакомом языке.