Наследник пепла. Книга I

"Наследник пепла. Книга I

Глава 1

Треск льда и камня эхом блуждал между вершинами горного хребта, когда мы увидели передовые отряды демонов. Пятёрка каторжников, выбравших охрану Стены вместо казни, сейчас была единственным заслоном между миром людей и тварей.

— Тень, отвечаешь за сигнал, Тагай, страхуй Гризли и Белоснежку. Возвращайтесь к развалинам у Двух Клыков и перекрывайте перешеек. Пока мы их задержим, основные силы подойдут.

Я отдавал приказы и сам не верил в то, что говорил. Самая дальняя застава на Стене, куда и волки обычно срать ходить боялись… Нас сюда отправили из-за землетрясений, не прекращающихся всю последнюю неделю.

— Аден, сигнала не будет, тучи! — тихо, так, чтобы слышал только я, ответила наша связистка Тень.

— В Клыках есть старая сигнальная башня. Она всё ещё связана с гарнизоном. Иди.

— А ты? — голос моей боевой подруги и не только подруги срывался.

— Организую нам шашлычки и догоню! — абсолютно спокойно и даже с некоторым азартом успокоил девушку. — Иди!

Я чуть подтолкнул Тень хлопком по ягодицам в сторону укрытия, а сам направился к краю. Внизу долина заполнялась демонами, полчища и полчища рогато-клыкастых тварей с красной кожей выстраивались в боевые порядки, готовясь к вторжению.

«Красота! Как говаривал отец: „Хорошо, когда врагов много. Промахнуться нереально!“»

Я встряхнул ладони и потянулся к источнику.

— Млять! Это ещё что за шерстяная авиация⁈

Два десятка летящих чупакабр с всадниками на спине мощными рывками поднимались вдоль ледяного защитного панциря, что раньше так успешно сдерживал тварей огненной стихии.

«Господство холода и льда закончилось!» — мелькнула у меня шальная мысль, пока я рассматривал шерстяных ящеров, окутанных розоватой плёнкой, что на поверку оказалась огненными защитными щитами.

— Ну что, Адены и Рароговы, помогите, что ли, своему последнему потомку? — ни на что не надеясь, обратился я к духам предков, как когда-то учила меня мать.

Сплетённая в косу изрядно поседевшая шевелюра вдруг начала наливаться алым, хотя всю жизнь имела едва рыжеватый оттенок самого слабого огневика в семье. Последний представитель некогда славного рода Аденов, обвинённого в предательстве.