Копейщик

Оно отступило, но об уходе и речи не было. Прямо на озерном льду начали возводить походный лагерь. Первым делом поставили лазаретные палатки, куда оттащили раненых. Вокруг расставили усиленные дозоры, в лес без нужды не совались, а если заходили, то недалеко и только с сильным вооруженным сопровождением.

— М-да, — Вася нахмурился, — Полковник похоже внял всю серьезность положения. Глупостей от него мы больше не дождемся. Акима, давай, пробуждай связь, скажи Макарке отходить. Пусть не рискует.

Аким кивнул и полез в карман за монетой, однако достать ее не успел:

— Вась, гляди, — Аким боднул головой в сторону Хоноры, по которой пришло наступающее войско, — Кажись зарево там?

— Правда твоя, горит что-то.

Аким только достал впаянную в снежный комок монету, как на связь уже вышел сам Макар. Монета замигала, пробуждаясь, тут же начав топить снежок.

— Вася, прием. Меня слышишь? — звук немного «плыл», то замедляясь, то ускоряясь.

— Слышу, Макарка, слышу. Что там горит?

— Обозы! Они обозы с провизией обогнали и оставили без охраны почти. Ну мы и воспользовались… Да, Вась, нам до их флота ползком полдня. Его тоже сжечь можно…

— Ни в коем случае. Лучше оставим им возможность уйти. Мы им тоже в зубы насовали, авось накушаются. Макар, диверсий больше не планируй. Полковник — не дурак. Слышишь меня? Ночью вернешься в крепость.

— Да, я понял. Ночью зайдем к северной стене.

— Ай, молодец Макарка, — радовался Вася, — Додумался им обозы пожечь. Если полковник полуполк свой пожалеть хочет, то уйдет отсюда. Голодное войско ни лешего не навоюет.

— Может и так, тут, смотря как карта ляжет, — из Акима снова полезла память прошлой жизни, — Полковник был такой затейник, играл пасы на трех тузах.

— Акима, — одернул его Вася, — Давай без этих штучек. Толком говори.

— Так я и говорю, что про полк «Змеиной петли» слышал кое-что.

— Ну, может оно нам и к лучшему. Нам сподручней отбиваться покуда крепость наша не растаяла.