Конец лета

Стукнув один раз в дверь, Ким вошла в студию. Вошла – и изумленно огляделась, не понимая, что происходит. На полу, прислоненные к стенам студии, стояли картины, штук двадцать или тридцать.

– Что это такое?

Ким знала, что это не могут быть новые работы. Она наугад повернула несколько картин, увидела знакомые сюжеты и вопросительно посмотрела на Динну.

– Ты забрала свои работы из галереи? Динна кивнула.

– Но почему? Твоя выставка получила восторженные отзывы! Когда я говорила с Беном в прошлый раз, он сказал, что продал почти половину твоих полотен! В чем дело? – Ким осенило.

Динна вздохнула и опустилась в кресло.

– Я просто забрала их, вот и все.

Ким села напротив, хмуря брови. Динна выглядела ужасно: она была бледна как смерть, но особенно пугало трагическое выражение ее глаз.

– Динна, я знаю, что ты чувствуешь из-за смерти Пилар. Вернее, я не знаю, но могу себе представить. Но нельзя же губить всю свою жизнь. Твоя работа – это отдельная область, она должна быть отделена от всего остального.

– Но все не так... потому что это... из-за Бена. Последние слова Динны утонули в слезах, она закрыла лицо руками. Ким пододвинулась ближе и обняла подругу.

– Поплачь, не сдерживайся.

И Динна, сама не зная почему, так и сделала. Она заплакала в объятиях Ким, не сдерживаясь, она плакала по Пилар, по Бену, возможно, даже по Марку, потому что знала, что потеряла и его, отдала любовнице. Единственным, кого она еще не потеряла, был ее нежеланный ребенок. Ким ничего не говорила, она просто позволила подруге выплакать горе.

– Ох, Ким, извини. Не знаю, что на меня нашло, но...

– Ради Бога, не извиняйся. Ты же не можешь держать все в себе, это не по силам. Хочешь кофе?

– Нет. – Динна поспешно замотала головой, потом ее лицо прояснилось. – Пожалуй, я бы выпила чаю.

Ким сняла телефонную трубку и позвонила на кухню.

– А после чая, если не возражаешь, можем прогуляться.

– Но как же твоя работа? Ты что, уволилась или взяла выходной, чтобы поработать моим психоаналитиком?

Динна улыбнулась сквозь слезы.

– Ну, если ты забрала картины из галереи, может быть, мне и стоит уволиться, тогда мой поступок будет ничуть не глупее твоего.

– Ты ошибаешься, я поступила совершенно правильно.

– Но почему? Я тебя не понимаю.

Динна хотела что-то сказать, но потом передумала. Она посмотрела Ким в глаза.

– Я не хочу больше встречаться с Беном.