Конец лета

– Тогда идите домой, дорогая моя, и во всем разберитесь. Вы можете растить этого ребенка одна – если захотите. Никто не сможет отнять его у вас, он будет только вашим.

Неожиданно для себя Динна улыбнулась. Когда она вернулась домой, Марк принимал душ. Динна бесшумно прошла в студию и заперла дверь. Что она наделала? Она решила сохранить ребенка...Доктор Джонс прав, это может быть только ее ребенок и ничей больше. Так ли это?.. Или он всегда будет ребенком, Марка, как в свое время Пилар? Динна вдруг поняла, что ей никогда не вырваться.

Ее малыш – дитя Марка, она даже не может набраться храбрости, чтобы уйти от него и растить ребенка одной. А это означает, что Бена она уже потеряла.

Глава 26

– Доброе утро, Динна.

Марк сел на свое обычное место и посмотрел на Динну. На столе был разложен обычный набор газет, стоял кофейник с горячим кофе, Динна ела яйцо.

– Как у тебя сегодня с аппетитом?

Марк уже несколько недель не видел, как она ест.

– Вообще-то мне не очень хочется есть. Возьми мой тост. Динна пододвинула Марку тонкую тарелку лиможского фарфора.

В это утро стол был застелен бледно-голубой скатертью, под стать ее настроению. Марк внимательно посмотрел на Динну. Она вяло ковырялась ложкой в яйце.

– Тебе все еще нехорошо?

Динна пожала плечами и отвела взгляд.

– Нет.

– Мне кажется, тебе следует показаться врачу.

– Я уже записалась на прием на следующую неделю.

С последнего визита Динны к врачу прошло три недели. Три недели с тех пор, как она утром ускользнула из дома, чтобы сделать аборт.

Три недели с тех пор, как она в последний раз видела Бена. И никаких известий о нем. Динна знала, что их и не будет. Возможно, они когда-нибудь где-нибудь случайно столкнутся, поболтают немного, как старые друзья, и ничего больше. Все кончено. Не важно, что они друг к другу чувствуют. При этой мысли все тело Динны словно отяжелело, ей захотелось только одного – лечь.

– Чем ты сегодня будешь заниматься? – спросил Марк с весьма слабым интересом.

– Ничем. Может быть, немного поработаю в студии.

Однако Динна не работала, она просто приходила в студию и сидела там, глядя на гору картин, присланных из галереи. Когда она попросила вернуть ее картины, Бен поначалу возражал, но Динна не могла продолжать работать с ним как ни в чем не бывало. Было бы невозможно продавать картины через Бена и совсем с ним не встречаться. А Динна не хотела, чтобы этой зимой он видел ее беременной. Так что выбора у нее не было, и она настояла, чтобы Салли вернула картины.