Клетка семейного очага

Зотов смотрел на нее с жалостью. Он не мог настолько контролировать мимику своего лица, чтобы скрыть эту жалость. Татьяна вдруг приподнялась на локтях, но посмотрела при этом на врача.

– Петя где? – спросила она тихо.

– Его больше нет, Таня, – язык Зотова отказывался ему повиноваться."

"– Что ты там бормочешь? Я вижу, что его нет! Я спрашиваю, где он? – она бросила злой взгляд на Зотова и опять повернулась к врачу.

– Татьяна Григорьевна, ваш муж пытается вам сказать, что…

– Ты его избил, да? Ты, Зотов, поднял на него руку! Он тебе никто, Петруша мой сын! Только я имею право его наказывать! Где он? В больнице? Я пойду к нему.

А на тебя, Зотов, я подам в суд за избиение ребенка.

Зотов беспомощно отступил к двери. Вошедшая медсестра сделала Татьяне укол.

– Татьяна Григорьевна, ваш сын мертв. Он ввел себе слишком большую дозу наркотика. Его не спасли.

– Зотов, скажи, что это неправда. Лучше скажи!

– Таня, Петя умер. Я сам его отвез в больницу. Но было поздно.

Лучше бы он молчал. Этот взгляд бывшей жены он будет помнить всегда.

Все проклятья ада были в этом взгляде. Зотов подумал, что никогда не знал ее до конца. Он отгораживался от нее, выстраивая свое понимание этой женщины. Такое, какое устраивало его. Зотов вспомнил разом все вспышки злости, копившейся месяцами и выходившей наружу всегда в неожиданный момент. Вроде как и без повода. А он молча уходил от нее в другую комнату, давая успокоиться. Или уезжал к леснику Михеичу. Отпарив в баньке свою маету, залив ее водочкой под соленья, он возвращался к ней. И вроде бы терпелось. Он вспомнил это непривычное для простого уха словечко «зомбирует», как определил Михеич отношение жены к нему, Зотову. Только сейчас дошел до него смысл этого слова. Зотов вздохнул свободнее. Он опять посмотрел на бывшую свою жену с жалостью и вышел вон.

Глава 48

– Почему мне сразу никто не сказал? Ладно они, но ты, моя подруга! – Лена сквозь слезы требовательно смотрела на Арину.

– Ты была в шоке. Тебе могло стать хуже.

– Я ночь проспала спокойно.

А мой муж в это время лежал в морге! Как мне теперь дочери в глаза смотреть?

– Господи, ну, о чем ты беспокоишься, Кислова! – Арина намеренно назвала Лену по фамилии. Они так всегда выражали недовольство друг другом. – Варюшка за тебя испугалась, сама умоляла всех ничего тебе до утра не говорить.

– Где она?

– Мы с Зотовым ее к Эмме отвезли переночевать. Правильно? Она, собственно, и сама туда просилась.

– Хорошо, – Лена вдруг расплакалась.