Хватай Иловайского!

Раз я пришёл, давайте не филонить тут… Засучили рукава, и чтоб каждый два раза соседу в рыло!

— Минуточку, дамы и господа, — неожиданно вмешался какой-то клыкастый хмырь, когда нечисть уже привычно разбилась по парам в приблизительных весовых категориях. — Что мы как дети, право? Чуть увидели хорунжего, и в драку…

— Так это ж сам Иловайский! — шёпотом пояснили ему."

"— Я в курсе. Имел честь, так сказать, и тоже был за него бит.

— Дык… почему бы и нет-то? Дельная мысль! — перешёптываясь, признал народ.

Я с подозрением покосился на двух… трёх… четырёх бесов и ведьм, двинувшихся ко мне с верёвками. Поумнели, что ли? Не, не, не, мы так не договаривались…

— Павлушечка, придержи хорунжего, чтоб не убёг, покуда мы буцкаемся!

Интеллигентный людоед-патологоанатом, знаток латыни, радостно обернулся и… Я даже сам не сразу понял, как взлетел ему на шею, свесил ножки и приставил заряженный пистолет к уху:

— К Хозяйке, бегом, живо!

— Гляньте-ка, чё творится, а?! — вновь взвыла та же бабка, угрожающе тряся грудями.

— И впрямь, Илюшенька, — вмешался брутального вида плечистый чёрт с чёлкой набекрень и усиками квадратиком.

— В галоп, — приказал я, сжимая коленями толстую шею мясника, но тот неожиданно заартачился:

— Ты меня ещё взнуздай, человече! Я не бабка Фрося под твоим седлом ходить. Я мужчина с образованием, вкус имею и диплом международный, и…

— Пристрелю, — хладнокровно пообещал я, взводя курок.