Кай из рода красных драконов 4

Чтобы понять — донесли ли терию Вердену о ночных беспорядках или у него очередной приступ жгучей и ядовитой зависти?

Терий Верден периодически завидовал всем, но особенно — императору.

Наместник тоже хотел стать императором, и кровь драконов формально давала ему право на это.

В теории.

Жизнь на земле жестока, а Тенгри редко глядит вниз.

Прекрасный страшноголовый император Адджер (так его называли из-за любимой маски в виде распухшего бело-синего лица) не желал соблюдать древнюю систему наследования. Он завёл сына и был очарован идеей передать власть мальчишке, которому шла четырнадцатая зима.

"Долгие поколения титул императора Вайги наследовался только в старшем роду.

Он передавался от старшего брата к младшему, а при неимении младшего брата — от дяди к племяннику.

Таким образом, власть всегда находилась в руках взрослых и опытных обладателей драконьей крови. А мальчишкам-сыновьям выделяли отряд воинов и отправляли на завоевание новых земель.

Кто-то из них преуспел и имел уже свой надел, кто-то погиб.

Однако любой серп рано или поздно встречает свой… камень.

Страшноголовый император Адджер слишком долго не имел детей. Все его четыре жены оказались бесплодны. Или, как похихикивали на базарной площади, бесплодным был сам император.

Страшноголовый гневался, ссылал племянников, подсылал убийц к детям сестры, на редкость крепкой и плодовитой бабы. А потом наплевал на обычаи, завёл пятую, молодую жену. И вот свершилось чудо — родился мальчик.

Наследнику дали имя Нордай-Адджер. Он рос крепким, горячим, неутомимым, но… дерзким и неусидчивым.

Всем наукам Нордай предпочитал военные. А магия его интересовала только в боевом аспекте: как приручить дракона да запулить с него молнию.

Мальчишка мечтал о сражениях. Едва не с рождения он играл только глиняными солдатиками. Но сильнее всего Нордая манило оружие. Парень мог весь день напролёт скакать по двору с мечом или сидеть в оружейной юрте, перебирая мечи и кинжалы.

В других игрушках принц не нуждался, но за тренировками мог забыть о сне и еде. Придворные поощряли его страсть, ведь во всём остальном принц был несносен.

Успехов в фехтовании Нордай к тринадцати зимам достиг впечатляющих, и первые воинские знаки уже выступили у него на руках. Пора было принцу принимать присягу и отправляться в первый военный поход.

Но императору было жаль расставаться с сыном.