История нового имени

Так она и сказала: «люблю», хотя это слово мы встречали только в книжках и в кино, в нашем квартале никто так не выражался, даже я если и позволяла себе его употребить, то только мысленно; у нас было принято говорить: «Ты мне нравишься». Но Лила не боялась сказать, что любит Нино, несмотря на то что эта любовь была обречена и ее следовало подавить в зародыше. Впрочем, именно этим она и собиралась заняться, начиная с вечера субботы. Она не сомневалась, что справится, и призывала меня ей поверить. Поэтому она и хотела посвятить немногое оставшееся время встречам с Нино.

– Я хочу провести с ним в постели всю ночь и весь день, – сказала она. – Хочу заснуть в его объятиях, хочу целовать и ласкать его сколько вздумается, даже спящего. А потом поставлю на нем крест.

– Это невозможно.

– Ты должна мне помочь.

– Как?

– Соври моей матери, что Нелла на два дня пригласила нас в Барано и мы переночуем у нее.

Повисла короткая пауза. Значит, она уже составила план. Не исключено, что они разработали его вместе с Нино и даже придумали предлог, чтобы удалить из дома Бруно.

– Ты с ума сошла! – зло выкрикнула я. – Даже если твоя мать в это поверит, то Стефано – никогда!

– Твое дело – уговорить ее отпустить нас в Барано.

– Нет.

– Ты что, мне больше не друг?

– Нет.

– И Нино тебе не друг?

– Нет.

Но Лила отлично знала, чем на меня надавить. Конечно, я не устояла. С одной стороны, я умоляла ее остановиться, с другой – мне было невыносимо думать, что она вычеркнет меня из своей жизни. Чем таким уж особенным эта затея отличалась от ее прежних авантюр, всегда на грани риска? Мы с ней, плечо к плечу, всегда бросали вызов остальному миру.