Индульгенция 4. Без права на сомнения

Лишь бы Раздоров не помешал. Впрочем, зная своего друга, император был уверен, что тот думает так же.

Его не смущала собственная дочь, лежащая на земле — ничего страшного. Погода хорошая, не простудится. Потом он ее наградит — есть за что. Правда, он не рассчитывал на ее вмешательство, но так вышло даже лучше. Теперь дочка не отвертится — ее переживания за Видара не увидел бы только слепой. Молодец парень и, главное, быстро-то как сработал.

— Отпусти мою дочь!!! — рычит Олег Упыревой. Его охрана напряжена и, кажется, вот-вот сорвется.

— Она сейчас не твоя дочь. Нарушившая правила Красного заказа должна умереть. Ее жизнь в руках Видара Раздорова. Или, пока он без сознания, в руках главы рода.

— А Кристину мою можно отпустить? –подходит Борис. — Она, конечно, виновата, но не настолько сильно.

— Если пообещает вести себя разумно, то без вопросов.

— Обещаю, — кивает она, и цепи исчезают.

— Моя дочь… — опять начинает Олег.

— Ваше Величество, — делает шутовской поклон Раздоров. — Как верно заметила наша всеми уважаемая госпожа ректор, в данный момент Светлана преступница, нарушившая древний закон.

— Нет, ты не посмеешь убить ее!!! –зашипел Олег, окутываясь молниями.

— Господа, давайте не будем ссориться, — Борис, казалось, сейчас лопнет от удовольствия. Будто кот, нажравшийся сметаны и знающий, что ему за это ничего не будет, он смотрел на окружающих, как на очередную вкусняшку.

— Что тебе понятно, Борис⁈ — охваченный гневом, развернулся к нему Олег. — Что я потерял сегодня сына, которого вы убили⁈ Или что вы хотите забрать у меня еще и дочь⁈ НЕ ПОЗВОЛЮ!!!

— Ну, во-первых, твоего сына, как это ни странно, убили не мы — да, хотели, да, подготовились, но это должно было произойти чуть позже, в одной из ваших ключевых точек. Видишь, как я с тобой откровенен? Но тут сработали не мы. Впрочем, говорить тут не о чем — все честно, и ты это знаешь.

— Конечно, — спрятал тот нож. — Разве ж можно такую красоту лишать жизни?

— Чего ты хочешь, Раздоров? — Олег был в бешенстве, но пока сдерживал себя.

— Как говорит мой сын, я много чего хочу. В данный момент тортика с клубникой. А вот Борис, я точно знаю, любит шоколадный.

— С орешками, — добавил тот.

— Вот, с орешками.